Ическая атака заставляет сердце сжиматься снова и снова. От каждого нового удара мне становится еще хуже. Мои руки выкручены до предела, я замороженная в подвешенном состоянии под потолком, прикованная к металлическими наручникам скрывающимся глубоко в потолке. Беззащитная и голая, я понимаю, что одна не могу противостоять этой жестокой силе....
Вся моя жизнь проносится перед глазами. Я успеваю вспомнить все! Страхи, радость, надежды, потери. Никогда бы не подумала, что судьба забросит меня в этот момент жизни, где я буду вот так вот смиренно ждать, когда меня используют вместо писсуара.
Мне стыдно в этом признаваться, но если бы он предложил это вчера или позавчера, то я, как влюбленная и слепая дура, скорее всего, согласилась бы на это, и нашла бы ему оправдания.
Сергей всегда умеет всё представить так, что кажется разумно и правильно. Порка у него помогает правильному воспитанию и циркуляции крови в теле.
Первая капля коснулась моего языка, процесс запущен. Сергей отливает в меня. Чувствую, как едва заметно напрягается его тело. Начинаю делать глотательные движения и ещё плотнее сжимать губами член.
Сергей выдает мочу порционально.
Я не справляюсь, моча начинает вытекать из носа и сочится сквозь губы, как бы плотно я не прижимала их. Постельное белье безнадежно испачкано, меня ждет наказание.
Наконец, моча у Сергея кончается, я проглатываю последние капли. Начинаю, сразу же, сосать его член, пока он не заметил и, что я испортила его любимое постельное белье. Он помешан на чистоте. Ирина каждый день приходит и стелит нам новое.
Осторожно поднимаю на него глаза, видел ли он это? По его косому взгляду понимаю, наказание неизбежно. Ну что ж, видимо, придётся вечером терпеть его побои.
Утром Сергей не любит долго терпеть и кончает быстро, и он искренне считает, что делает это ради меня. Чтобы я не опоздала на работу. Надо же, какая забота!
Я сейчас анализирую всё то что он рассказывал и обещал. Если внимательно слушать его, то можно подумать, что все его действия направлены, исключительно для того, чтобы мне было хорошо.
И если он предпринимал что-то плохое, что мне не нравилось, вот это мне должно было пойти на пользу.
