Ическая атака заставляет сердце сжиматься снова и снова. От каждого нового удара мне становится еще хуже. Мои руки выкручены до предела, я замороженная в подвешенном состоянии под потолком, прикованная к металлическими наручникам скрывающимся глубоко в потолке. Беззащитная и голая, я понимаю, что одна не могу противостоять этой жестокой силе....
Он собирается меня насиловать прямо в наручниках? Боится, что буду защищаться?
Командует лечь на спину, залезает сверху. На спине лежать немного легче, руки могут немного отдохнуть. Мышцы устали держать их так долго на весу.
Сергей берет мои соски и зажимает их между пальцами. Я смотрю ему прямо в глаза, может быть, если он увидит мой взгляд, то поймет, насколько я его презираю? Но он на меня не смотрит, он явно заинтересован кое-чем другим.
Он зажимает мои соски между пальцами и встряхивает их. Это довольно неприятно и даже больно.
– Я помогу твоим сосочкам набухнуть, я сейчас сделаю их чуть больше. Ты их не узнаешь, когда мы закончим, – он улыбнулся и первый раз взглянул на меня.
Наши глаза встретились и я увидела в его глазах бесовской огонь. Черт бы его побрал! Что у него в голове твориться? Он же похож на маньяка! Глаза горят, словно он выиграл миллион! Как человек с такими красивыми глазами может быть такой тварью?
Хочу его умолять, чтобы остановился, но боюсь, что он снова пустит в ход ремень.
– Сейчас наденем на твои сиськи небольшое украшение, – он снова сконцентрировался на моей груди. Я смотрю на него: он похож на соседских детей, которые раздевают и одевают кукол. Точно такой же взгляд! Ну что ему не хватает в этой жизни? В детстве мать обижала? Хотел играть в кукол, а покупали только машинки? Что с ним не так? Почему он такой жестокий?
У него в руках появилась какая-то странная цепочка с какими-то прищепками на концах.
– Посмотри, это элегантное украшение в виде цепи, на концах миниатюрное лассо, это мини-прищепки, они застегиваются на основание сосочков, – он вопросительно смотрит на меня, затем берет мой сосок и зажимает его, заставляя меня скривить лицо.
