Но это обычно летом. Теперь осень. Не сезон. Кто-то мясо привез? Зачем?
Я задерживаюсь на крыльце. Вижу, многие ученики направляются в сторону спортивной площадки. Отсюда ничего не разглядеть. Здание школы мешает. Пытаюсь, понять, что именно происходит.
- Юля, пойдем, - рядом раздается голос друга.
Артур берет меня за руку, подталкивает в другом направлении. Мягко. Осторожно. Явно не хочет, чтобы я шла за остальными ребятами. Почему?
- А там…
Мой вопрос заглушает вопль:
- Вали его! Вали!
Старшеклассник дико орет и мчит за здание школы. Кто-то хохочет. Кто-то вскрикивает. Все вокруг перешептываются. Ничего не понимаю.
- Что за школой? – спрашиваю.
- Тебе лучше этого не видеть, - говорит Артур, перехватывает мои пальцы крепче. – Не надо смотреть. Пойдем отсюда.
Рядом пробегает компания моих одноклассниц.
- Какой он классный, - выдает одна.
- Псих! – счастливо восклицает другая. – Просто больной.
- Нет, классный, очень классный, - подключается третья. – Я бы с ним загуляла. Мне кажется, он смотрел на меня утром. В столовке. Ну помнишь?
- Ха! Насмешила. Ты соплюха для него. Даже не думай. Забей.
- Сама соплюха!
- Ты!
- Нет! Ты! Ты!
Они толкаются. Ругаются. Продвигаются дальше, тоже за здание сворачивают. Туда все сейчас стекается. Оборачиваюсь и замечаю нашего завуча. Женщина хмурится, губы поджимает. Только с места не двигается. Ей совсем не интересно? Мне тоже. Но что-то бьет в спину. Странная сила толкает вперед. Спину жжет и покалывает.
- Юля, - зовет Артур, тянет прочь. – Юля, пойдем.
Молча вырываю ладонь из его ладони. Спускаюсь вниз по ступенькам.
- Юля!
Мотаю головой. Иду и не оборачиваюсь. Следую за толпой.
Я должна понять. Должна. Что-то колотится внутри. Клокочет. Грудь сдавливает. Горло обдает кипятком. Ощущение, точно выпиваю жутко горячий чай.
Захожу за школу. Все равно ничего нового не узнаю. Куча учеников столпилась прямо за зданием. Шум ужасный. Голоса сливаются в голове. Чудовищный гомон. Затылок колет.
Кто-то толкает меня, пробегая слишком близко. Чудом удерживаюсь на ногах. Отхожу с дороги. Перевожу взгляд вдаль. Лучи заходящего солнца режут глаза.
Там. На спортивной площадке. На турнике.
Слезы застилают глаза. Ком продирает горло, проваливается ниже, ударяет в грудь, обжигая изнутри вспышкой боли. Зажмуриваюсь.
Дурацкое солнце слепит. Ничего не разглядеть. Мне кажется или я действительно заметила темную фигуру? Сверху. На самом высоком турнике.
Когда я снова смотрю туда, вытирая набежавшие слезы ладонью, не могу никого разглядеть вдалеке. Спортивная площадка пуста. Ребята стеклись сюда, под школу, собрались на заднем дворе.
Занятия по физкультуре нет. Кто мог пойти туда? Взобраться на турник и наблюдать за происходящим. Хм, ну может, кто-то и мог. Оттуда должно быть видно происходящее. Хорошо видно.