Других слов нет. Совсем без мозгов.
Смотрю на свою ладонь. Лихорадочно потираю след от ножа, будто надеюсь стереть отметину навсегда. Столько лет скрываться и прятаться. Столько лет строить преграды. Ложь сильнее всего ранит того, кто солгал. А я лгала. Очень много лгала самой себе. Так старалась выстоять, защититься. Лучше нагородить целую стену вранья, чем признать, насколько сильно доверилась злейшему врагу.
Предатель. Он ушел. Покорно отпустил меня, отступил в сторону, позволил своему ублюдочному отцу говорить те чудовищные вещи. Обещал защищать. Клятву давал. Тогда почему меня обвиняет? В чем? Он нарушил слово. Я тоже ничего не должна.
Все честно. Только в гробу стану его невестой.
- Ненавижу, - шиплю я. – Ненавижу.
Слезы душат. Вскакиваю и направляюсь в душ. Нетерпеливо срываю платье. Ткань трещит. Встаю под упругие горячие струи, открываю воду на полную. Давлюсь рыданиями, захлебываюсь истерикой. В голос вою.
Больно. Чертовски больно. Внутренности обдает кислотой.
Отчаянно тру тело мочалкой. Кожа краснеет, саднит, однако мне никак не удается взять эмоции под контроль, не выходит протрезветь от бури противоречивых чувств. Утыкаюсь лбом в запотевшее стекло, всхлипываю.
Боже. Как трудно будет его ненавидеть. Теперь. После всего. Мое нутро противится и бунтует, встает на дыбы.
Что я забыла? Реально забыла. Что?!"
"Самый страшный ночной кошмар. Лес. Темнота. Девушка-блондинка. Запах ржавчины забивается в ноздри. Единственная лампа слепит глаза до такой степени, что они начинают слезиться. Затхлая вонь сарая вызывает тошноту.
Давай, Юля, вспомни. Давай же. Тебе не нужна ничья помощь. Сама справишься. Надо только постараться.
Зажмуриваюсь, воскрешаю кадры прошлого.
Мне четырнадцать лет. Выхожу из школы, иду домой одна. Артур со мной не общается. Боится, ведь Ахметов переломал ему руки, изувечил бедного парня. Вокруг светло. Очень знакомая улица. Чувствую укол в плечо. Жгучий.
Дальше ничего. Сплошная темень. Пустота.
Ахметов срезает веревки. Зажимает мой рот ладонью. Кусаю его до крови, вырываюсь и бегу, не разбирая дороги, мчусь вперед, ветви деревьев хлещут по щекам.
«Кис. Кис. Кис».
Кто это говорит?
«Кисонька, иди ко мне».
Там был кто-то еще. Не только Ахметов и незнакомая мне девушка со светлыми волосами. Там был другой человек.
«Держи ее. Лови! Быстро…»
Даже несколько. Несколько людей. Кто они?
Воспоминания слишком обрывочные. Не могу разобрать, различить одно от другого. Все сливается и теряется в общем потоке.
Голова раскалывается от боли. Виски наливаются свинцовой тяжестью. Меня начинает еще сильнее мутить.
Блок. Самый настоящий барьер. Мой разум отказывается вспоминать. Было гораздо легче принять другие события. А здесь часть меня действительно отказывается вспоминать.
Ладно. Нужно время.