Тем временем, Ярик заметил на танке молодую девушку, одетую от и до черного — она словно символ эмоциональной драмы в этом веселом баре. В ее глазах плясали жестокие идеи, будто сама гравитация не могла остановить танца. Эта Жестокая Сказка начиналась именно с таких встреч....
- Остальных в зал. Двери заприте.
Меня буквально выдрали из рук матери. Как плоть от плоти оторвали. Потащили наверх.
- Нет! - кричала мама. - Пожалуйста, только не трогайте мою дочь!
Никто не собирался трогать меня. В ту ночь. Никто не желал причинять мне вреда. Пока что. У этих людей был свой дьявольский кодекс чести. Больной. Извращённый. Искаженный. Но кодекс. Детей они не мучали. Отрывались на взрослых. Моей жизни ничего не угрожало. Впрочем, тогда я этого знать не могла. Меня переполнял ужас. Дикий безотчетный страх.
От этих людей исходила тьма. Клокочущая. Вязкая. Тошнотворная. Они зашвырнули меня в комнату как нашкодившего котёнка, заперли на ключ, отправились обратно.
Я не сразу сумела открыть окно. Щеколду заело. Но я дергала ее до тех пор, пока железяка не подалась. Мои пальцы ободрались в кровь, похлеще моих счёсанных коленей смотрелись. Но я не чувствовала боль.
Не представляю, как мне удалось уцелеть. Наверное, повезло. Приземлилась мягко. Никаких ушибов. Ни единой травмы. Выбралась чуть ли не по карнизу. Да и не помню, как выбиралась. Темень. Пустота в голове.
Я думала, позвать на помощь. Побежать к соседям. Однако повсюду виднелись мрачные тени.
Страшная сказка. Мрачная. Ужасающая. Злая. Эта сказка совсем мне не нравилась, но никто не спрашивал мое мнение.
Я прошмыгнула обратно в дом. Хотела понять, что происходит. Где родители. Где брат. Откуда взялись эти непонятные пугающие люди.
Я умудрилась проскользнуть. Притаилась в углу. Я нашла своих родных, укрылась во тьме.
Отец говорил что-то. Очень много говорил.
С кем говорил мой отец? Что произошло?
Я слышала голос только одного мужчины. Это он раньше приказал закрыть меня наверху. Это он был тут главным.
