Тем временем, Ярик заметил на танке молодую девушку, одетую от и до черного — она словно символ эмоциональной драмы в этом веселом баре. В ее глазах плясали жестокие идеи, будто сама гравитация не могла остановить танца. Эта Жестокая Сказка начиналась именно с таких встреч....
Живучие твари выбрались, построили империю покруче, еще и за счет краденых драгоценностей, замутили проклятый орден, который теперь весь мир вокруг своего хрена вертит. Конечно, там не только они, разного народа хватает, но власть держат крепко, сила таится непомерная. Паршиво мы им отомстили. Не дорезали. Значит, их черед реванш брать и простая казнь там никого не устраивает. Представление надо забацать. Главную роль сыграет любимая дочка.
- Твой отец признался? Сам обо всем рассказал?
- Нет. Он не считал нужным оправдываться.
- Тогда откуда ты…
- Я допросил первоисточник, - в черных глазах замерзает лед. – Поверь, оказавшись за одним столом со мной, люди становятся невероятно разговорчивыми. Стоп, люди? Я ошибся. Твари. Ползучие твари начинают очень удачно складывать крики и хрипы в слова. Но обо всем по порядку.
- Хорошо, - киваю. – Я слушаю тебя. Просто позволь уточнить, правильно ли я поняла один момент. Твой отец согласился отдать дочь? Сразу? Его не принуждали заключать такую договоренность? Он попросил об услуге.
"- Да, - холодно подтверждает Рустам. – Мой отец плевать хотел на Амину. Разменная монета. Пешка в его игре. Либо замуж пойдет, либо погибнет. Разницы не замечал. Был готов отдать хоть богатому жениху, хоть маньяку. Кстати, больше скажу: твоего дядю вообще не должны были поймать.
- Как? – дыхание перехватывает.
- Орден отправлял ему заказы на девушек.
- Люди платили за кино с убийствами? За кадры экзекуций?
- Нелюди, - в черных глазах снова полыхает огонь. – Они устроили целый бизнес. Сеть по всему миру. Твой дядя был далеко не единственным режиссером. Расцвела подпольная киностудия.
- Это не укладывается в моей голове.
- «Табула Раса» стоит практически за каждым военным конфликтом.
