Автор
Карим вынужден заключить договорной брак с девушкой из враждебного племени, чтобы получить власть над её землями. Его любовница Сибиль ревнует, но он клянется, что это просто политический союз. Однако судьба готовит неожиданные повороты, когда он наконец встречает невесту без никаба.
Раздел Chitat.online для книги «Жестокие игры Карима. Обожгу твою душу» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Карим вынужден заключить договорной брак с девушкой из враждебного племени, чтобы получить власть над её землями. Его любовница Сибиль ревнует, но он клянется, что это просто политический союз. Однако судьба готовит неожиданные повороты, когда он наконец встречает невесту без никаба.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Карим вынужден заключить договорной брак с девушкой из враждебного племени, чтобы получить власть над её землями. Его любовница Сибиль ревнует, но он клянется, что это просто политический союз. Однако судьба готовит неожиданные повороты, когда он наконец встречает невесту без никаба.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он все время ставит под сомнение, все время подвергает критике, но не перестает искать… Вечная погоня за смыслом… В этом величие его мозга и превосходство над остальными, его истинный гений…
-Где мы? - спрашивает меня Карим, когда пустынный пейзаж сменяется нарастающими по высоте скалами. Пара десятков метров,- и они переходят в ущелье…
- Это место считается в нашей культуре священным, Карим. Ты наверняка слышал про эпос о Гильгамеше. Про его подвиги, про то, что ему как великому правителю наших земель и посланнику Богов была дарована особая сила…
- Слышал, Инна… Но ведь это легенда…
Останавливаемся. Я прошу его слезть с лошади. Мрак окружает нас, но если вскинут голову наверх, то можно дух затаить от того, как же божественно красиво рассыпаны по небу миллиарды звезд…
- Это наша история, Карим… А что такое история? Это жизнь во всех ее проявлениях… Посмотри и подумай о том, что этот пейзаж видели с незапамятных времен… Поверхность земли меняется, люди умирают целыми цивилизациями- и их тела превращаются в прах и забвение, все проходит, а это- неизменно… Когда-то и мы станем воспоминанием, но… Это не пустота, не забвение, не тьма. Это наполненность, смысл и богатство.
Между современностью, Карим, моментом, где мы сейчас, двадцать первым веком так называемой «нашей эры» и моментом, когда зародилась моя цивилизация, цивилизация Бабилонии, четыре тысячи лет… То есть это как минимум два раза по столько же… То есть это значит, что уже для античных греков, для Египта времен Клеопатры, для библейского пути Иисуса Христа мы уже были мифом… Сказанием… Легендой…
Ты никогда не задумывался, что такое легенда? Если бы она была лишь придумкой, то времена бы истерли ее, превратили в прах…
- Да, я не отрицаю то, что в основе мудрости этого мира лежит перфвомиф… Это знает каждый умный человек…
Я улыбаюсь, продолжая созерцать звезды.
- Бабилония стояла у истоков создания мира, в котором мы живем сейчас. Мы придумали астрологию- не просто боялись звезд, а пытались их понять… Двенадцать знаков Зодиака, движение светил, предсказание судьбы по картам неба… За нами стоит таблица умножения, ведь из Вавилона пошла математика и шестидесятеричная система исчисления. Впервые мы смогли записать слова и сделать их не просто сотрясанием воздуха- ведь именно наша клинопись- это первая форма письменности… Медицина, налогообложение, строение города как мегаполиса… Одни только висячие сады Семирамиды как одно из семи чудес света- до сих пор будоражат сознание людей…
Мы открывали истину этого мира, мы создавали его фундамент. Но знаешь, что стоит в основе любой великой мысли?
- Божественная искра… Это тоже теория, которую знает любой образованный человек…- сразу подхватил он. Но в голосе было сомнение.
