Автор
Зарождение вины и необратимость привязанности — вот что дает жизнь этой истории. Ты открываешь глаза, и Вайнах уже там, с самодовольной усмешкой на лице. Постепенно ты осознаёшь, как невозможно избавиться от этого кошмарного круговорота — как бы ни бежала ты, он всегда вернётся. Чем больше узнаешь их тёмных игрищ, тем сильнее ненависти к ним растёт....
А то сломаю тебе ноги, – перед тем, как уйти, он достаёт из бумажника пластиковую карту, протягивает её мне. – Это твоя зарплата, помнишь, я обещал? Ни в чём себе не отказывай, красивая. Накупи себе шмотья, чтобы мне было что снимать, а то никакой загадки не осталось, – не упускает возможности унизить меня, но я пропускаю его слова мимо ушей и забираю карту. Я так рада, что вырвусь отсюда хотя бы ненадолго, что даже забываю о происшедшем несколькими минутами ранее.
– А в чём я поеду?
Вайнах окидывает меня своим нахальным взглядом, усмехается.
– В моей футболке. Пусть все видят, что ты моя шлюшка.
ГЛАВА 11
И я действительно еду в футболке. Высоко задрав голову, иду к машине в сопровождении приунывшего Вахи, прохожу мимо оторопевшей охраны и сажусь в салон. Точно так же, горделивой походкой выбираюсь из машины у торгового центра, куда меня притащил Ваха, и иду в первый попавшийся магазинчик, ожидая вызвать ажиотаж и ввергнуть продавцов и других посетителей в состояние шока. Но меня практически никто не замечает, наверное, тем и хорош большой город.
Да и сломанные ноги – это мелочь по сравнению с тем, что мне грозит, если я снова попытаюсь сбежать или выкину что-то в этом роде. Сейчас побег кажется неосуществимой мечтой, потому что Ваха следует буквально по пятам, а когда я делаю шаг в сторону, это воспринимается, как попытка к бегству, и стальная лапища обезьяны мгновенно сжимается на моём предплечье, где уже и так имеется несколько синяков.
Я больше себя не жалею. Я злюсь и презираю тварей, которые обращаются со мной, как с ничтожной рабыней. И про себя обещаю, что исправлю своё положение. Первой своей жертвой выбираю Ваху. И пусть он просто выполняет свою работу, но я ненавижу этого гориллу всей душой и оправданий ему не ищу.
Чтобы сбить оскомину и немного развеять удушающую злобу, скупаю всё, что попадается мне на пути. И когда обе руки Вахи уже заняты пакетами из бутиков, магазинов косметики и белья, начинаю ощущать некое подобие свободы.
– Может, хватит? – ворчит, глядя на меня исподлобья, но я мотаю головой и иду дальше.
– Нет, не хватит. Имран сказал тебе, что я должна купить всё, что мне нужно, так? Вот я и покупаю. Я девочка, забыл? Мне много вещей нужно.
