Автор
В ночной тьме город затаил дыхание, и только мерцание фонарей омывающей улицы свечится мрачной росой над беспорядком в сердцах людей. Марк, смирившийся со своей бедой на коленях, подтверждает страх. А я стою, задыхаясь от боли и страха, раздавленного ощущением безысходности. Это плач и дрожь в ответ на угрозу, пронзившую горло, словно когти гиганта....
Но не оставляет. И если у меня действительно поехала крыша, то его надо наградить медалью за отвагу.
– Я могу расценивать это, как твоё согласие? – открывает он глаза, а я не успеваю убрать руку от его лица, которую он тут же ловит, прижимает к своим губам.
– Я просто думаю, – едва выдерживаю это мгновение ласки и возбуждающее прикосновение к его колючей щеке.
– О чём?
– О том, что мы оба, должно быть, сошли с ума.
– Так и есть. Но разве это плохо? Почему бы нам не быть не такими, как все?
Сложный вопрос. Наверное, даже не имеющий ответа.
– Ночью ты сказал, что хочешь почувствовать, каково это, иметь семью. Но у тебя же есть семья. Родители, жена?
Он вздыхает, переворачивается на спину и долго смотрит в потолок. По рёбрам порхают его пальцы, сминают, поглаживают. Не знаю, когда мы успели раздеться, но секса сегодня ночью у нас не было. Мы просто спали. Вот так кожа к коже, вдыхая запах друг друга. А я уже, оказывается, привыкла к нему.
– С родителями… Мы не общаемся.
Я тоже уставилась в потолок. Что вокруг происходит? А может это я лежу в психушке и всё происходящее мне мерещится?
В этот самый момент испытываю острую необходимость увидеть сына, взять его на руки, прижать к себе. Убедиться, что он настоящий, что всё это не выдумка, а моя жизнь. Пусть вот такая, поломанная, исковерканная. Но моя. Настоящая.
– Мне нужно покормить Дэни, – резко сажусь на диване, но Уэйн быстро перехватывает меня за талию, тянет к себе.
– Подожди. Ты больше ничего не хочешь спросить?
– Нет. Я хочу к сыну, – отвечаю твёрдо, и рука, удерживающая меня, разжимается.
– Сделаю нам кофе, пока ты кормишь, – встаёт первым и, сверкая накачанным задом, прикрытым лишь боксерами, уходит. А я вдруг повинуюсь порыву, хотя и понимаю, что могу об этом сильно пожалеть.
– Имран! – зову его чётко и громко. Неожиданно. Обычно люди реагируют, услышав своё имя, но он лишь останавливается, поворачивает голову в сторону.
– Уэйн, Сандра. Меня зовут Уэйн. Ты снова путаешь меня с другим."
"Глава 30
Кофе у него получился вкуснее, чем у меня. Что довольно странно, ведь варит его одна и та же кофемашина. Я уже всё обдумала, пока смывала с себя в душе остатки сна и его запах… Хотя последним я пропиталась, кажется, до костей.
Мне плевать на то, что он может оказаться не тем, кем его представляют СМИ и сайты-сплетники.
