Моё приближение и нежданное приглашение вызывают в Артуре желание развеять алкоголь, но я настаиваю: слишком поздно для такого веселья. Его тело отказывается слушаться ноги, а глаза уже не видят дорогу. Такое противостояние с собой — новый тип героев в нашем мире.
Похоже, «Жестокий герой» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Другой!
Вот только Татарин говорил, что сам не помнит определенный период своей жизни, слишком много пил, употреблял разные препараты, полностью утратил контроль.
И татуировка у него уникальная. Сам объяснял, как так получилось. Мастер никому похожих не набивал.
Тогда кого я обманываю?
Черт, даже если допустить, будто был еще один мужчина с такой татуировкой. Какой шанс, будто оба они окажутся в одинаковом месте? Еще и в одинаковое время? Решат выбрать одну девушку? Разве бывает такое количество совпадений?
Бред.
Я поднимаюсь с огромным трудом. Ноги затекают. В гостиную я добираюсь, держась за стену, передвигаюсь до ужаса медленно.
От чудовищных картин прошлого меня трясет.
Я вижу, что со мной происходило, когда завершилось действие наркотика. Память об ощущениях возвращается. Все встает на круги своя."
"Чертова татуировка везде. На каждом отрезке этих жутких воспоминаний. Постоянно наталкиваюсь на нее.
Проклятье. Кажется, я и тогда была поражена, что тот парень насилует меня. Он же привлек, понравился, притянул чем-то. Он вызвал симпатию, просто я не готова была продолжать общение так быстро. И вообще - так. Отдаваться ему в первый же вечер нашего знакомства. Неужели мой отказ настолько сильно снес башню и сорвал тормоза напрочь?
А может, Татарин и сам находился под кайфом. Может, просто не слышал протестов.
Я что, я оправдываю его?
Тимур. Мой любимый мужчина. Мой герой. Какая жестокая ирония, какая жуткая насмешка судьбы. Тот, кто спас меня, подарил второй шанс, оказался тем, кто прежде погрузил во тьму, уничтожил и разломал, провел по всем кругам ада.
Я сжимаю кулаки. Мотаю головой. Слезы душат. Но плакать я не хочу. Только не сейчас. Сначала надо выбраться отсюда. Потом буду думать и решать.
Я хватаю телефон, набираю номер по памяти. Считаю гудки. Почти перестаю дышать от бешеного напряжения.
Раздается мужской голос.
Я сглатываю так, что горлу становится больно. Раскаленный свинцовый обруч обвивается вокруг груди. Истерика прорывается наружу.
Я всхлипываю практически беззвучно и говорю:
- Ты должен помочь мне, папа.
Файл создан в Книжной берлоге Медведя by ViniPuhoff
Конец первой части"
