Автор
Тихий тон грубости влек меня к знакомому ресторану. Артур отказался уйти раньше времени и теперь просит подвезти домой, будто виноватый. Я скользнув ладонью по его руке отказался, опасаясь напиться. Атмосфера ресторана тиха, как шепот ночи, а Артур — острый и непредсказуемый герой своего романа....
Похоже, «Жестокий герой (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Воздух наэлектризован до предела. Высекает искры между нами, вынуждает пульсировать нить накала.
- Я родился в Италии, - говорит Арес, - В крови и в предательстве, Я узнал свое имя только после того, как мне исполнилось восемнадцать. Но не до конца. Я должен найти своего отца и вернуть ему подарок.
- Какой? - спрашиваю тихо.
- Тот единственный, который он дал моей матери, - криво усмехается и делает новую затяжку, выпускает дым и смотрит прямо в мои глаза. — Смерть,
Я вздрагиваю всем телом.
Арес открывает бутылку крепкого алкоголя, Отправляет в стакан виски-камни, чтобы не снижать градус спиртного.
- Я думала, ты не пьешь.
Он скалит зубы. Опрокидывает стакан залпом, Обжигает горящим взглядом исподлобья. Опаляет до костей. Заставляет нервно трепетать.
- Разве твоя религия позволяет? - ступаю на опасную почву, — Возможно, я ошибаюсь, однако у тебя очень характерная внешность. Разве ты...
- Нет, — обрывает холодно. - Я живу без рода и без религии. Класть я хотел на чьи-то там традиции.
Арес наливает новую порцию алкоголя, Щелчок зажигалки - очередная сигарета горит в татуированных пальцам. Дым и пламя, По венам течет жидкий огонь. Только по чьим венам? По моим или по его? Пульс бьет по вискам до одури сильно, а сердце стынет.
Я не решаюсь ничего произнести, Боюсь прервать поток откровенности. Страшусь испортить момент.
"Но с другой стороны - может и стоит вмешаться? Тогда и сама сумею промолчать, когда наступит моя очередь обнажать душу, вскрывать старые раны.
Проклятье. Не хочу. Не могу.
Холод разливается внутри,
- Моя мать умерла в день моего рождения, - продолжает Арес. — Ее нашли с ножом в сердце. Изрезанную. Двенадцать ударов в грудь. Ни одного в живот, Ее пытали, Жестоко. Намеренно. Не ради информации. В кайф. В удовольствие. Мой папаша-урод этим очень сильно наслаждался. Упивался каждым мгновением, Казнил за предательство.
- Подожди, — роняю сквозь судорожный выдох. — Ты уверен, что твой отец устроил такой кошмар? Издеваться над беременной женщиной. Это же за гранью.
- А он не скрывался, — кривится. - Он оставил признание на ее спине. Подписал прямо на коже - «моя лживая сука жена», До главного развлечения. До ударов ножом, Я нашел фотографию в полицейском отчете позже. Там было много кадров.
