Автор
В темном клубе, где алкоголь течёт реками и молодёжь кричит без устали, Астрид чувствует себя совсем не себе. Это место, куда она бы宁愿 ни захотела, зияет суетой и бесконтрольностью, вызывая в ней чувство глубокого отвращения.
Будет лучше, если вы оба пойдете разными путями.
— Я не хочу этого, — выдавливаю я.
— Ты никогда не получаешь того, чего хочешь. Добро пожаловать в жизнь.
Дома я стою перед стеклянной шахматной доской и смотрю на фигуру черного Короля.
Папа всегда любил играть черными, и я перенял эту привычку с тех пор, как он научил меня играть.
Выходя из дома Лорда Клиффорда, я стоял снаружи, глядя на все окна, надеясь, что Астрид выглянет из одного из них.
Она не выглянула.
— Мне так жаль, отец, — говорю я фигуре Короля.
Я предпочел будущее прошлому, но потерял их обоих.
— Только посмотрите, кто удостоил нас своим присутствием.
Мои плечи опускаются, когда дядя садится рядом с белым Королем. Должно быть, он только что вернулся, проведя всю ночь у себя в кабинете. Или две ночи, судя по его небритому лицу и отсутствию галстука и пиджака.
— Хочешь сыграть? — спрашивает он.
Я сажусь и перестраиваю последнюю игру Эйдена с самим собой.
Дядя протягивает руку за спину и наливает нам два стакана коньяка.
Я поднимаю бровь, когда он предлагает мне.
— Что я сделал, чтобы получить напиток от самого Джонатана Кинга?
Он чокается со мной.
— Ты родился Кингом.
— Я люблю больше водку, но хорошо…
Он прищуривается.
— Теперь я знаю, куда пропали все эти бутылки.
Я поднимаю плечо и делаю первый глоток. Горький вкус оставляет жжение в горле. Поставив стакан на стол, я толкаю вперед свою первую пешку, подражая первому движению дяди. Приятно получить известие о падении в ад во время игры в шахматы.
— Мне звонил заместитель комиссара.
Вот мы и пришли.
— Полагаю, это не потому, что я избил его сына до полусмерти?
— Ты избил его — он, прищурившись, смотрит на меня, вертя в руках стакан. — Что я говорил о насилии?
— Это ничего не решает. — я ухмыляюсь. — Но определенно даёт ответы на вопросы.
Он качает головой.
— Ты так похож на Джеймса, что просто сверхъестественно.
— Мой отец не был жестоким человеком.
После нескольких ходов пешек я двигаю своего коня вперед.
— Конечно он был, будучи панком твоего возраста.
Хах. Может, мы с отцом похожи больше, чем я думал.
— Ты ненавидел его за это? — спрашиваю я.
— Джеймс был моим старшим и единственным братом. Я никогда ненавидел его.
— Но ты всегда дышал ему в спину.
— Потому что он медленно совершал самоубийство со всеми этими наркотиками, вечеринками и тд."
"— Дай угадаю, ты держал меня на поводке, чтобы я не вырос таким, как он.
— Конечно. — он убивает моего коня.
