Автор
В темном клубе, где алкоголь течёт реками и молодёжь кричит без устали, Астрид чувствует себя совсем не себе. Это место, куда она бы宁愿 ни захотела, зияет суетой и бесконтрольностью, вызывая в ней чувство глубокого отвращения.
На самом деле, первое, что он выбрал в этой квартире, это расположение моей студии.
Но что он сейчас там делает?
О, боже. Пожалуйста, не говорите мне, что он увидел картину. Он не должен был увидеть ее до первой брачной ночи.
Это подарок.
Я бегу по коридору и открываю дверь. Мои ноги с визгом останавливаются, как только я оказываюсь внутри.
Леви лежит на диване, обхватив голову руками. Его массивное тело затмевает пространство.
Ох, и он голый.
Совершенно, блядь, голый.
На мгновение я теряю дар речи.
Я стряхиваю с себя оцепенение и сосредотачиваюсь на его лице: его взъерошенных светлых волосах, высокомерной ухмылке и бледно-голубых глазах.
Черт бы побрал эти глаза.
— Что ты делаешь?
Я хотела допросить его, но это выходит шепотом, едва слышно.
— Как это выглядит, что я делаю? — он улыбается, его глаза сияют. — Я позирую тебе.
— Позируешь?
— Я знаю, что ты рисовала меня и разглядывала мое тело, думая, что я сплю.
Я задыхаюсь.
— Ты видел картину?
— Нет. Я дождусь, пока ты мне ее не покажешь.
Вздох облегчения вырывается из моих легких. Ладно, мы в безопасности. Но как, черт возьми, он узнал, что я его рисую? Что еще более важно…
— С чего ты взял, что это обнаженная натура? — я прищуриваюсь.
Затем он усмехается, это глубоко, грубо и чертовски горячо. Мне нравится, когда он так усмехается.
Если только это не происходит в присутствии других девушек.
— Ты рассматриваешь меня, только когда я сплю голым. Кроме того, ты покраснела, принцесса.
— Нет. Просто в комнате жарко.
— Жарко в комнате, да?
— Ой, заткнись.
Его смех эхом отдается за мной, когда я подхожу к холсту и сажусь.
Несмотря на его состояния члена, я не упущу шанса его моделирования. Кроме того, он прав, я рисовала его обнаженным.
Когда несколько месяцев назад я упомянула Леви о обнаженной натуре, он на удивление поддержал эту идею, поскольку он первый, последний и единственный обнаженный, которого я когда-либо нарисую.
По правде говоря, меня не интересуют другие обнаженные натуры. Требуется много интимности, чтобы нарисовать кого-то в его первоначальной форме.
С тех пор, как мы учились в Королевской Элитной Школе, я рисовала Леви полуголым за его спиной. С тех пор идея нарисовать обнаженный портрет его великолепного тела не давала мне покоя.
