Автор
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
Похоже, «Жестокий роман» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Меру знай, — усмехаюсь. — Лесть мне не по вкусу.
— Запомню.
Челюсти до скрипа стискивает. Лишь бы не стонать, слабость не показывать. Рожа серая. Выгоревшая. Пот градом по вискам льет.
Чуть сознание не теряет, а руку тянет.
Хватаю его ладонь. Пожимаю. Принимаю соглашение.
— Он тебя первый зубами рвать будет, — заявляет Монах, встречая меня у выхода из палаты. — Вцепится в глотку. Вены перекусит.
— Очень на это надеюсь.
— Ты серьезно?
— Если вожак не держит стаю под контролем, то править такой вожак недостоин.
— Жестко.
— Честно.
— Ну, гляди, — вздыхает. — Раз решил так, выходим этого мальца. Через пару недель будет в строю, начнет отрабатывать оказанное доверие.
* * *Ровно шесть часов вечера. Пора ехать в аэропорт.
Я собираю нужные документы, намереваюсь покинуть офис, когда вдруг докладывают о прибытии неожиданного гостя. Самого важного человека. Того, кому никогда не посмею отказать во встрече.
Мужчина застывает на пороге моего кабинета. Смотрит прямо, выхватывает каждую деталь. Взгляд у него тяжелый как молот. Сколько бы лет не прошло, все остается по-прежнему. Чувствую себя сопливым мальчишкой.
— Ты хорошо справляешься, — говорит он и проходит вперед. — Я со спокойной душой удалюсь на покой.
— Отец, — поднимаюсь. — Рад видеть тебя, но встревожен этим визитом. Надеюсь, ничего серьезного не произошло.
— Что может случиться со стариком? — пожимает плечами. — Мои сражения давно в прошлом.
Лукавит. Годы будто обходят его стороной. По виду возраст не угадать. Разве седина выдает да сетка морщин, но и то едва. Высокий. Статный. Кулаки до сих пор крепкие. Какой из него старик.
— Ты много времени удаляешь работе, — продолжает. — Надо бы о другом позаботиться. Никто из нас не вечен. Наше будущее заключается в наших детях.
— Я успею об этом подумать, — отмахиваюсь. — Еще рано.
— Ты так и не был женат.
— Ты помнишь мою клятву.
— Помню, — вздыхает. — Не брать жену, пока не взыщешь долг. Решение, с которым я и тогда не согласился, однако оспаривать не стану.
— Я возьму свое, а потом займусь устройством брака.
— Выплата продлится недолго, — приближается вплотную, держит взглядом, точно аж до нутра пробирается. — Сколько дней тебе потребуется?
— Я ждал тринадцать лет, — усмехаюсь. — Теперь спешить не намерен. Я буду брать плату, пока не надоест.
— Я справился за неделю.
— Я не ставлю срок.
— Это отравит твой дух, — бросает мрачно. — Проникнет в плоть и в кровь. Чем сильнее ты затянешь, тем глубже увязнешь.
