Муженьку своему сладкому тоже так неохотно давала? Хотя о чем я. Ему это не нужно. Скорее бы свою жопу под хуй подставил, чем бабу натягивал. Пидор. Но он наверняка ее лапал. По-всякому. И она позволяла. Еще и любила его. А может, и теперь любит. Сохнет по этому ничтожеству.
— Марат, — еле губами двигает.
Расстегиваю штаны, подхожу к ней вплотную, подхватываю под зад и…
— Твой брат, — бормочет. — Нас же увидят.
Усаживаю на поручень. Дрожит. За плечи мои хватается, плотнее льнет. Боится в море рухнуть. Даже обернуться не решается.
— Он занят, — хмыкаю и устраиваюсь между ее бедрами.
Брат воркует со своей девчонкой. Давно погнал на другой конец палубы. А здесь только мы вдвоем.
— Не могу, — всхлипывает. — Не могу сейчас.
Сдвигаю ее трусы в сторону.
— Марат, пожалуйста, — сдавливает мои плечи, когтями царапает. — Мне больно.
Проталкиваю пальцы внутрь. Дергается, как от удара. Хнычет.
— Не надо. Прошу. Не надо.
— Чего? — спрашиваю.
— Ты… слишком сильно… этой ночью…
Губы кусает. В глазах слезы. А мордаха краснющая.
— Мне больно, — выдает, наконец. — И ходить, и сидеть. Ты… Ты так долго и жестко… Там все… Печет.
— Затрахал тебя? — ухмыляюсь, поглаживаю ее шею большим пальцем, провожу по следам от засосов.
— Д-да, — зубами стучит.
Мне нравятся мои метки на ней. Кровоподтеки на бледной коже. Мне нравится, что все видят: она моя.
Перебрасываю ее через плечо, отношу в каюту, укладываю на узкий диван.
Застывает. Потом вдруг головой мотает. Нет, мол, нет. Вслух сказать не решается. Боится протест озвучить.
Стягиваю с нее одежду, полностью. Ничего не оставляю. Отбрасываю тряпье в сторону.
— Ноги раздвинь, — приказываю.
— Пожалуйста, я…
— Ты моя сука, — обрываю резко. — Раздвинула ноги. Быстро.
Подрагивает. Мелко. Жалобно.
— Хочешь, чтобы я сам раздвинул?"
"Ее колени разъезжаются в разные стороны. Четко. Послушно. Другой расклад. Такой податливой она мне куда больше по вкусу.
Ухмыляюсь.
— Шире.
Подчиняется.
Я подхожу и склоняюсь над ней, шлепаю ладонью по внутренней стороне бедра. Обвожу и сминаю. Жестко.
Она аж подпрыгивает. Выглядит забавно. Смешная такая.
— Марат, там… Там правда больно. Прошу, давай я как-то иначе… Как-то…
— Рот закрой.
Накрываю ладонью низ живота. Девка еле дышит. Опускаюсь ниже. Вообще застывает, видно, и шевельнуться ей страшно. Раздвигаю складки.
Понятно. Не лжет. Здесь действительно все распухло и покраснело. Так отодрал ее, что чуть пизду в кровь не стер. Перебрал явно.
Может, ей к врачу надо? Или смазать чем. Я в этом не разбираюсь. Ладно, потерпит. Не сдохнет. Замира по приезде осмотрит. Не нужны нам лишние свидетели.
Какая изнеженная у меня шлюха. Никогда такой проблемы не было, а тут…
Ха. Я об этом не задумывался. Значения не придавал.