Автор
Сердце колотится от напряжения и тревоги в доме, где обычно царит тихая умиротворенная атмосфера. Неожиданно внезапный поезд из черного металла рушит это равновесие, внедряясь в мир, полный недомолвок и опасности.
— Я все еще надеюсь, что эти фотографии не настоящие, — роняю глухо. — Не хочу верить, что человек на такое способен.
— Человек — нет.
Марат накрывает мои плечи ладонями, а я не нахожу в себе силы избавиться от его прикосновений. После увиденного слишком дурно.
— Я не хотел показывать тебе правду. До последнего. Но понял, что так нельзя. Ты должна быть в курсе всего. Ты должна понять, с кем мы сражаемся.
— И ты, — сглатываю. — Ты не сомневаешься, что здесь нет монтажа? Хаген ублюдок, но до такой степени… я просто… я отказываюсь в это верить.
— Мы все проверили, Вика.
— Где были родители? Слуги? Почему никто не следил?
— Джон считает, эксперимент вышел из-под контроля.
— Эксперимент?
Перед глазами до сих пор стоят чудовищные кадры и слово “эксперимент” едва ли с ними сочетается.
— Прошлый король Альтена был одержим темой берсерков. Как и мой отец. Но действовали они разными методами.
— Хочешь сказать, он развивал эти животные способности в своих сыновьях?"
"— Да, и развил кое-что другое.
Не хочу думать о том кошмаре, который увидела. Не хочу. Нет, нет…
— Его нужно остановить, — шепчу я.
— Только так, — твердо произносит Марат. — Сам он не остановится.
— Ты уверен, что план сработает? — закусываю нижнюю губу до крови. — С учетом всего. Ты уверен?!
— Нет, но другую дорогу нам не найти.
— Ты предлагаешь мне опять попасть в настоящий ад.
— Я сделаю все, чтобы тебя защитить.
— Действия Хагена нельзя просчитать, — нервно усмехаюсь. — Он же ненормальный. Тут логика не работает.
— Доверься мне, Вика.
Это тяжелее всего.
Я сама себе доверять не могу. Что тогда говорить о других? Особенно о Марате. Как можно довериться тому, кто сам собой не управляет? Одна искра может привести к новому срыву.
— Хаген использует то, кто ты, — роняю. — Он найдет, как надавить на болезненные точки.
— Очень на это надеюсь, — мрачно оскаливается Марат.
— Ты же себя не контролируешь, — судорожно выдыхаю. — Там, в той чертовой комнате ты гнался за мной точно бешеный зверь.
— Я и есть зверь, но я больше никогда не причиню тебе боль.
Он накрывает мою ладонь своею. Крепко сжимает. Он смотрит прямо в мои глаза так внимательно и пристально, что я не способна отвернуться и разорвать контакт между нами.
— Ты не можешь знать, — качаю головой.
— Могу, — чеканит жестко. — А еще я знаю, что люблю тебя, Вика. Люблю и никогда не отпущу. Никому не отдам. Зверюга внутри меня всегда будет на цепи, если ты рядом. Клянусь. Я найду путь себя держать.
