Автор
Сердце колотится от напряжения и тревоги в доме, где обычно царит тихая умиротворенная атмосфера. Неожиданно внезапный поезд из черного металла рушит это равновесие, внедряясь в мир, полный недомолвок и опасности.
Обычно я не использовал и половины приемов, которые изучил там. Просто не было такой потребности. Хватало базовых навыков.
Да и жизнь изменилась. Борьба за власть в мире выглядела иначе.
Холодное оружие потеряло прежнюю ценность. Огнестрел вышел на первый план. Высокие технологии давали шанс любому хмырю уделать реального бойца.
Конечно, меня тянуло к саблям и кинжалам. Я продолжал тренировки на старый манер. Совершенствовал навыки единоборств.
Но стоило учитывать новый порядок. И там физическая подготовка редко играла решающую роль.
Крепкие мышцы. Мощный удар. Быстрая реакция. Кто держит тело в тонусе, не позволит и мозгу заплыть.
На Севере каждый мог открыть свой потенциал. Если оказывался достаточно сильным и выносливым. Слабаки сгорали. Кто-то в первые же дни. Кто-то посреди учебы. Там отсев всегда оставался жестким. Потом я слышал, что это место закрыли, ссылаясь на то, что методы устарели и представляли угрозу.
— Ваши власти боятся, вот и прикрыли контору, — скалился мой старший брат.
— Херня, — отмахнулся тогда я. — Просто легенда.
— Не скажи, Марат. Разве ты не помнишь? Сам же входил в раж. Мы оба побывали на той стороне. Иногда начинает казаться, что обратно до конца так и не вернулись.
Мой брат кайфовал от всякой заумной хуеты. Чем он только не занимался. Йога. Техники дыхания. На Мальте подсел на дайвинг. Нырял без снаряжения.
Но я оценивал реальность как она есть.
Главным навыком, которому обучали на Севере, был “выход берсерка”.
Мало кто мог такого достичь.
Скорее уж от бесконечных тренировок и адского холода плавились мозги.
— Любого берсерка можно просто пристрелить, — хмыкнул я.
— Ошибаешься, — сказал брат. — Настоящий берсерк становится неуязвим. Его не возьмет ни сталь, ни свинец. Его никак нельзя убить.
— Это бред.
— Ты же поднимался в горы. Ты должен помнить.
— Нихуя.
Под конец нас и правда заставляли тащиться в горы. Там от перепадов давления могло накрыть так, что мало не будет. А уж если добавить рукопашные бои, пару кинжалов и саблю, которой тебя постоянно пытаются покромсать на куски, то и без особых талантов озвереть легко.
Что-то открывалось во мне там. Что-то пробуждалось внутри. Животное. Бешеное. Необузданное."
"Потом такое бывало в бою.
