Жги, детка! — это драматическая история о женщине-пиарщике, которая вынуждена балансировать между идеальными представлениями о мужчинах и реальными чувствами. Прогрессивный пролог раскрывает мир PR, где все видимо, но не вечен, заставляя читателей задуматься о том, как мы воспринимаем мужчин и собственные страсти....
Хохот стоял такой, что, наверное, слышали соседи сверху и снизу. Я от него ревела в два ручья. Если бы не водостойкая тушь, сегодня в пиар-агентстве появилась бы своя панда. Но все, кто хоть мельком увидел фото, меня бы поняли.
Нет, такое точно невозможно было представить! Ни одному из моих бывших клиентов подобное и в голову не могло придти. Клюев точно знал, что его фотографируют, хотя я не предупредила. Он с феноменальной точностью улавливал моменты, когда Егор готов был нажать на кнопку спуска.
На тренировке он, как бешеный пес, которого из милосердия лучше бы пристрелить, высовывал язык и изображал удивление, когда в его сторону летела шайба. А в тренажерном зале, среди уверенно качающих мышцы товарищей по команде и вовсе превзошел себя.
Ник был прекрасен! Благодаря фотографиям я поняла: ""а"" - у него врожденный актерский талант, и ""б"" - в природе существует брутальность со знаком ""минус"". Чего только стоил кадр с женской гантелей в один килограмм на фоне вратаря, жмущего от груди сотку! А каково было видеть самого стремительного форварда команды с развязанными шнурками на велотренажере или спящим по-детски с ладонями под щекой на гимнастической доске?
Такие кадры нельзя было показывать никому.
"Не знаю, как Нику и Егору удалось так ""сработаться"", этот кадр был шедеврален. Резиденты Камеди душу продали бы за такой снимок! Да что там резиденты - вся наша поп-эстрада мечтала бы о таком фото для своего портфолио. Внимание масс было бы обеспечено надолго и пристально.
Я сдерживала смех дольше всех. Я была единственным серьезным человеком в хаосе общей истерии. Но когда увидела Ника с ярко-малиновым полотенцем на плечах тренирующимся делать дакфейс у зеркала, хохот сам вырвался наружу.
- Это он? Он? – Леночка хваталась то за сердце, то за живот.
- Этот пупс тот самый хоккеист? – Николя утирал слезы майкой Аполлона.
- Я уже хочу его! Лиза, ты должна отдать мне его. Ну, подружка! – сложив ладони в молитвенном жесте Аполлон тряс ими над моей головой и ржал, как лошадь.
Фиаско! Первый этап сотрудничества, и эпичный провал.
