Жги, детка! — это драматическая история о женщине-пиарщике, которая вынуждена балансировать между идеальными представлениями о мужчинах и реальными чувствами. Прогрессивный пролог раскрывает мир PR, где все видимо, но не вечен, заставляя читателей задуматься о том, как мы воспринимаем мужчин и собственные страсти....
Когда окошко диалога с боссом свернулось, я из стрессового состояния перешла в шоковое. Пиар-компания стремительно превращалась в извращенное испытание на прочность. После разговора с Карабасом мне как воздух нужна была поддержка подруг. Хоть кто-то в этом продажном мире должен был протянуть мне руку помощи и признать Клюева последним мерзавцем публично.
Набрав по скайпу Марго и Владу, я быстро натянула удобные брюки с любимым кашемировым пуловером и принялась ждать. Дозвониться до подруг утром было делом непростым.
- Почему о твоем новом романе я узнаю из новостей?! - хором, будто сговорившись, произнесли они.
После этих слов нужно было срочно выключать скайп. В ту же секунду.
- Лизок, солнышко, - Марго перехватила инициативу, - это тот самый хоккеист? - спросила она с придыханием.
- Я таких красавцев видела только на обложках американских журналов, а уж я-то повидала! - с намеком на свою успешную модельную карьеру дополнила Влада.
То, каким образом вчерашний роман неожиданно превратился в любовь всей жизни, никто поинтересоваться не удосужился. Обе видели обертку, затмевающую любые причинно-следственные связи, и еще обвиняли меня в скрытности. Потрясающая помощь! Мечта, а не поддержка!
- А вас ничего не смутило? - вместо покаяния гневно спросила я.
Две пары глаз с экрана моргнули. И вновь, словно сговорившись, подруги хором протянули:
- Нет! А что?!
О гадании, о моем расстройстве после встречи с Ником в кабинете генерального менеджера они вообще не вспомнили.
Обидно стало до слез. Не верила, что такое возможно, но на двадцать восьмом году я все еще продолжала постигать мудреные правила жизни: ""Женская солидарность заканчивается там, где появляется более-менее привлекательный самец"". Получите, распишитесь.
- Так, - я хлопнула ладонью по столу, - мне все понятно. Кое-кто наотрез не желает отличать правду от вымысла.
Подруги опять взмахнули ресницами. Вот точно ""двое из ларца""!
- Ник Клюев - моя работа! Работа. Work. Arbeit, - на всякий случай, на трех языках повторила я. - С утра до вечера. И ничего более.
Задумчиво закусив губу, Влада протерла салфеткой свой монитор.
- Лизок, - откашлялась она, - а что это на тебе? Зимняя пижамка? А ну, повертись.
