Жги, детка! — это драматическая история о женщине-пиарщике, которая вынуждена балансировать между идеальными представлениями о мужчинах и реальными чувствами. Прогрессивный пролог раскрывает мир PR, где все видимо, но не вечен, заставляя читателей задуматься о том, как мы воспринимаем мужчин и собственные страсти....
Ник определенно что-то задумал, и мне заранее это не нравилось.
- Работающая даже на отдыхе невеста хоккеиста высшей лиги... - Моя прелестная пляжная сумка вместе со всем ее содержимым полетела в шкаф на верхнюю полку. - Прости, детка, но я должен спасти свой имидж. Раз уж мы теперь пара, то должны соответствовать.
- Клюев, это рабство! - я бросилась за сумкой к шкафу, но Ник быстро меня перехватил.
- Доброе утро, милая, - ласково, будто только что встал из кровати, и никаких споров у нас сегодня не было, на ушко шепнул он.
Наверное, стоило постучать по его косматой голове и уточнить, когда последний раз был у доктора.
- Надеюсь, что прекрасно, - не получив ответа, Ник продолжил сам. - Как ты смотришь на то, чтобы сопровождать меня сегодня?
Бросив через плечо Клюева взгляд на море, я чуть не захныкала.
- Если честно, отрицательно.
- Мне нравится твой положительный ответ, - Ник звонко шлепнул меня по пятой точке. - Именно таким и должно быть решение настоящей любящей девушки.
Глава 15. Влюбленные на тропе войны
«Можно сымитировать оргазм,
но близость не сымитируешь».
Т/с «Секс в большом городе»
Лиза.
Ника хотелось прибить. Хотя нет! Вначале пытать, а потом уже отправить к праотцам. Пытала бы я его огнем. Холода, судя по дубарине на ледовой арене, этот гад не боялся совсем. Температура здесь вряд ли была выше пятнадцати градусов, и чтобы не замерзнуть в красивом, но тонком платье, одной лишь злости было мало.
- Как ты там, милая? - демонстрируя акустические возможности помещения, прокричал со льда Ник.
В ответ так и подмывало крикнуть: ""Зашибись!"". Я бы крикнула, с меня сталось бы, но все четырнадцать мальчишек, стоявших перед Клюевым в ряд, дружно повернули головы в сторону моей трибуны.
- Чудесно, люби... кхе... мый!
На втором слове горло сдавило так, что слезы чуть не брызнули. Не удивлюсь, если эта фраза станет последней для меня на сегодня.
Нет, все же пытать Ника нужно не только огнем.
Несмотря на холод, от воспоминания о ""романтической"" прогулке по коридорам щеки загорелись огнем. Мстил сукин сын Клюев за отказ от секса или просто был самим собой, я так и не поняла.
