Автор
В мире «Курицына» всё наоборот: десять рублей равняются одному килограмму. Сюжет оживляет интригующей ферме, где неожиданный баланс реальности делает жизнь вечно скучного Саши Попова наполненной захватывающими приключениями и загадками. Атмосфера книги построена на неразрывной связке отчуждения и эмоциональной привязанности, заставляя читателей смотреть в сторону происходящего, но всецело верить в его правду....
Собака недовольно буркнула то ли от досады, что её застали за интимным занятием, то ли оттого, что какой-то чужак шатается там, где доселе не ступала нога человека.
– Ишь, какая фифа, – сказал Саша.
Собака вдруг гавкнула в полный голос, что, очевидно, означало:
– Ты с какого района, кожаный?
Саша передумал любезничать и прибавил шаг. Большая ошибка, с собаками так нельзя. Лишь почуют, что двуногий тушуется, вспомнят инстинкты:
– Гав! – В смысле: – Слышь, хрен с горы, к тебе обращаюсь!
– Фу! – крикнул Саша, обернувшись.
Такого обращения почтенная собака снести не могла.
– Ах ты так? Ах ты вот как? – И пошла за Сашей, лаем извещая окрестности, что ходят тут всякие и фиг его знает, что там у них в сумке.
Скоро псина добилась всеобщего внимания. Навострив уши, к ним спешил худой кобель. С другой стороны слышалось истеричное «а-ва-ва-ва-ва!». Твари, которой принадлежал этот мерзкий звук, даже не было видно, то есть она подняла лай, не ведая, в чём дело. Вот она выкатилась из-за сугроба.
Поначалу собаки немного робели. Норовили будто бы без дела забежать со спины, чтоб оттуда тяпнуть за пятку. Старый трюк. Хитрил и Саша:
– Хорошие собачки, хорошие! Ну-ка, что я вам дам?
На эту уловку собачки отвечали контрприёмом: переставали лаять, усыпляли бдительность добродушными движениями ушей и хвоста, будто не прочь приласкаться, и, улучив момент, старались схватить за руку.
«Уж лучше за руку, – думал Саша, – или сразу за горло, но только бы не сумку».
В минуту, когда перед глазами другого человека пролетела бы вся его жизнь, Саша, наоборот, увидел картинку из ближайшего будущего. Зубы вонзятся в ткань. Сперва безуспешно, но потом найдётся тонкое место. Сумка треснет, порвётся, и десять тысяч маленьких бумажек разлетятся по свету, символизируя количество дней, на которые Саша сделается рабом своего шефа.
Собаки начали с ног. Саша, не щадя себя, поднял доллары над головой и приготовился принять мученическую погибель. Но в тот самый миг, когда собачьи челюсти занялись его штанами, небеса вдруг сжалились. Небу не откажешь в чувстве юмора. Сашу спасла любовь. Пролетавший мимо собачий купидон пустил стрелу псу под хвост.
