Живой журнал Андрея Исаева открывает двери в мир шуток, интриг и откровений. Встречайте четвёртый день записи - здесь жизнь трансформируется под лозунгом "Я сам себе и небо". Мрачные ассоциации с "Аукцыон" сочетаются с теплыми воспоминаниями, создавая удивительную атмосферу. Каждый новый день - это новая история жизни автора....
Лёша — Алексей Сыроежкин — когда—то занимался кикбоксингом (представьте себе двадцатисемилетнюю груду мышц, упакованную в квадрат ростом метр девяносто, с простодушным лицом русского былинного богатыря, предлагающего навесить всем желающим православных люлей). В нашей школе ёсинкан Лёша дошёл пока только до «коричневого пояса». Лёшу это обижает, и в то же время вызывает в нем тайную гордость: дело в том, в ёсинкан обладатели «коричневых поясов» считаются самыми опасными партнёрами. Овладев кое—какой техникой, они ещё не научились дозировать усилия и поэтому просто бьют.
— Дрон, как думаешь, почему «чёрных» в Москве всё больше и больше? — ленивым тенорком осведомился Лёша в перерыве между отработкой бросковых техник и техник нанесения ударов по нервным центрам и уязвимым точкам.
«Дрон… чёрные… Кошмар. Просто ужас какой-то.» Я непроизвольно морщусь: ненавижу весь этот вызывающий у меня рвотный рефлекс лексикон рабочих окраин, порождённый любовью к блатным песням и излишне доступной водкой.
— Это какую? — Лёша Сыроежкин в белом доги очень похож на большой королевский гриб—шампиньон.
— А твои нелегалы почкованием размножаются, — отвечаю я, совершенно некстати вспомнив школьный курс ботаники.
— Это еще что такое? — Светлые бровки Лёши недоуменно ползут вверх.
— А ты спроси у «простейших».
Сыроежкин улыбается и, счастливый, кивает мне.
— Понял, найду, Дроныч. А где простейшие этим занимаются? — Лёша спрашивает ну очень заинтересованно.
«Ага, понятно: „чёрные“ для Лёши — это исключительно простейшие.
— Лёш, а ты в своём любимом «Бирюлево» под всеми ящиками посмотри, — зло советую я. — Знаешь, как грибы размножаются?
— А причем тут грибы?
«Нет, Сыроежкин — это всё—таки очень тупое животное.» В конце концов, Лёша догадывается, на что я ему намекал.
