Живой журнал Андрея Исаева открывает двери в мир шуток, интриг и откровений. Встречайте четвёртый день записи - здесь жизнь трансформируется под лозунгом "Я сам себе и небо". Мрачные ассоциации с "Аукцыон" сочетаются с теплыми воспоминаниями, создавая удивительную атмосферу. Каждый новый день - это новая история жизни автора....
— А ты уверен, что не бросают? — подначивает она.
— Хочешь со мной поспорить? — поддразниваю её я.
— Нет, не хочу. Не хочу я с тобой больше спорить, — вздыхает Ира, — ты всё равно выиграешь.
— И правильно, что не хочешь, — соглашаюсь я. — Будем жить дружно и мирно. А кстати, где мой выигрыш, Самойлова? Каким будет мой приз?
— Придёшь ко мне в три, там и узнаешь… До встречи, Казанова, — Ира заканчивает разговор ласковым смешком и вешает трубку первой. А я стою и продолжаю держать у уха трубку. По беспроводным нитям бегут короткие гудки, а мне кажется, что именно так звучит позывные счастья…
Так проходит несколько минут, а потом я возвращаюсь в настоящее.
— Доброе утро, Александр Иванович, — прощаясь с хорошим настроением, здороваюсь с Фадеевым я.
— Привет, Андрей. Ну, как всё прошло с Ирой?
— Нормально прошло. Встретился с ней вчера на Юго-Западной. Поболтали мы с ней, — говорю я, — потом прошлое вспомнили. В общем, достойно время провели.
— А потом?
«А потом мы с ней вместе навёрстывали за все мои шесть лет без неё.»
— А потом она домой к себе поехала, — отвечаю я.
— А сейчас Ира где? — А сейчас она дома. Ее мой Петров сторожит. Далее Самойлова отправится по делам, а с трёх дня снова будет у меня под присмотром.
— Вы что же, встретиться с ней решили? — Дядьсаша прямо-таки сражён.
— Нет, — отвечаю я. И это — абсолютная правда, потому что это я решил забрать Иру себе, а вот что она мне ответит, это пока непонятно.
— А Кейд не проявлялся? — «Симбад, сука, всё никак не отлипнет.»
— Нет. Вообще никто не появлялся… Может, ложная тревога, или Кейду Самойлова была интересна только в сексуально-половом приложении? — Я начинаю играть в циника, лишь бы Фадеев отвязался от меня.
— Слушай, Андрей, ты всё-таки выбирай выражения. — Голос у Дядьсаши недовольный. — Ну откуда такое пренебрежительное отношение к женщинам, скажи? Раньше ведь такого не было.
— Раньше много чего не было, — я всё-таки не сдержался, —позже учителя хорошие были.
Фадеев неуверенно хмыкает.
— Хорошо, Андрей, — в конце концов, сдаётся он. — Сегодня и завтра пусть «наружка» ещё поработает. А послезавтра я с Кейдом контракт закрою. Скажу, мы ничего не нашли… Всё, иди, отсыпайся, а то у тебя настроение дурное по утрам, как я посмотрю. На работу сегодня не приезжай. После трёх созвонимся.
«Ну, нет: на „после трёх“ у меня свои личные планы, и вас в них, Александр Иванович, точно нет.
