– А вы что будете делать?
– Ну а нам, – и я усмехнулся, – нужно очень серьезно поговорить.
Та оглядела хмурых девушек, немного смущенную Ронаю и потянула Тению за руку.
– Идем, тут ничего интересного не будет. Они взрослые, думаю, справятся и без нашей помощи.
Но уже перед самой дверью развернулась и сказала:
– Будет сложно, зовите. Я помогу.
– Да уж справимся как-нибудь, – ответил, улыбнувшись, я.
– А я вообще-то и говорила это не тебе, – и девочка, показав мне свой язычок, выскочила в коридор.
Я подождал, пока закроется дверь, и только сейчас, наконец, встал с кровати, на которой до сих пор сидел.
– Садитесь, – показал на кресла. – Хотя много я говорить не буду.
Гляжу на девушек. Вот она мечта любого, да еще и в четырех разных ипостасях.
Красивые, гордые, такие притягательные и при этом совершенно разные.
Только мне-то что делать?
Я хочу их всех и никогда никому другому не отдам.
Зря они как-то давно со мной связались.
Тогда, на заре нашего знакомства, возможно, у них был еще шанс уйти. А теперь, судя по тому, что я вижу и чувствую, его нет ни у кого из нас. В том числе и у меня. Но делать нечего.
– Ситуация такова, – просто и спокойно говорю я девушкам, – что фактически двое из вас четверых являются моими женами.
– Трое, – тихо произносит Селея, не глядя на меня и при этом отворачиваясь в сторону.
– Что-то такое я и подозревал, – кивнул ей я и перевел свой взгляд на Лейлу.
– Нет, – отрицательно качает она головой и добавляет: – Нас такие близкие отношения не связывают.
Странно. А что за линия это тогда между нами?
– Но я этого хочу, – смущенно заканчивает девушка. Вот теперь все встало на свои места.
Интересно, а чего хочу я?
Да все того же. Мои потребности сейчас сидят передо мной.
Не уверен насчет Ронаи. Но зверь и ее уже приписал к себе. И ни к одной из них я не смогу прикоснуться, если она сама этого не позволит.
Это даже не воспитание. Просто так должно быть. Так должно быть в моем понимании.
Даже зверь согласен с этим моим решением.
– Все одновременно и просто, и сложно, – говорю я глядя на них, – я не могу сказать и описать, сколько много вы для меня значите. Но для меня самого во всем этом мире есть только один аргумент, который удерживает меня тут, и вернулся я только за тем, чтобы снова увидеть вас и быть с вами."
"Немного молчу, а потом, продолжаю:
– Я ни кого и ни к чему не буду принуждать, склонять или заставлять. Я хочу не этого. Вернее я сразу же скажу, чего я хочу.
И на мгновение выпускаю своего зверя, который оглядывает комнату и сидящих в ней.
– Мое, – прорыкивает он.
«Хватит», – командую я себе.
– Мое, – повторяю я глядя на них обычным и спокойным голосом, в котором все равно чувствуется возбуждение только что проглянувшего во мне зверя.