Жанр
Зима в Новосибирске. Город словно замер в снегу, но душа жителей тлеет внутри стеклянных стен университета. Улыбка молодого человека, когда он узнал свою знакомую из прошлого на улице, наполняется грустью и надеждой. Этот город стал его вторым домом, но каждый день возвращается к тому моменту, когда выбор между будней и мечтами становится острым как бритва....
Мы точно влипли», – констатировал я, глядя на то, какими глазами посмотрел на меня ее отец. И почему-то теперь он смотрел лишь на меня. И сейчас я был уверен, что вот теперь-то отец девушек уж точно заметил мое присутствие здесь.
– Ты еще более тупая, чем твоя мать, – презрительно произнес он, – та хотя бы догадалась стать моей любовницей, ты же, дура, не нашла ничего лучше, чем связаться с обычным хуманом.
М-да. А папочка-то у нас махровый националист и расист, ну или как там это у них называется. Теперь он на меня смотрит не просто как на какое-то пустое место, а как на каплю грязи, случайно прилипшую к его башмаку.
Вот и во взгляде демона сейчас читались примерно эти же мысли.
Но что самое интересно, не знаю, что там думала о нем его дочка, но сейчас в его взгляде была настоящая боль.
Демон действительно по-настоящему, переживал за судьбу своей дочери."
"– Он даже не маг, – как дополнительный гвоздь в крышку моего гроба, который демон собирается вколотить, произнес отец Некаи эти слова.
Но лицо девушки все еще было красным от злости и бешенства. И она даже ни капельки не остыла.
Как я только взглянул в ее ставшими бездонными темными озерами глаза, то сразу понял, сейчас что-то будет. И как в воду глядел.
– Да, папочка, – елейным и таким воркующе сладостным голоском произнесла она из-за моего плеча, что ее отец даже споткнулся на месте, делая шаг в нашу сторону, и, похоже, как и я, ожидая подляны от ее следующих слов, перевел свой взгляд с меня на нее.
«Только не это», – кажется я знал, что сейчас услышим мы все.
М-да. Боги не восприняли моей молитвы. Ну это или я такой хреновый бог, что сам не смог исполнить своего желания.
– Элая тоже с ним, – произнес мягкий, нежный, чарующий голосок Некаи, который этими своими тремя словами только что подписал мне смертный приговор.
– Что? – проревел он.
И вот теперь в этом мире кроме меня для этого архидемона никого не было.
– Он…
Но Некаю уже было не остановить.
– Да, и еще. Судя по всему, у нее будет от него ребенок.
Гробовая тишина. И только одно слово разорвало эту натянутую струну молчания.
– Убить.
Архангел, ну или, кто он там, презрительно и высокомерно взглянул на отца девушек, но только на него никто не обращал никакого внимания.
Сейчас все мысли демона были сосредоточены только на моей такой замечательной, доброй и милой персоне.
