Между живыми и мертвыми существует невидимая Граница, где налажены деловые отношения. В мире, разделенном на живых и мертвых, школьники пытаются разгадать загадки и понять, угрожает ли что-то миру живых. Возникает конфликт вокруг перехода через эту границу и судьбы персонажей.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Живые и взрослые»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Между живыми и мертвыми существует невидимая Граница, где налажены деловые отношения. В мире, разделенном на живых и мертвых, школьники пытаются разгадать загадки и понять, угрожает ли что-то миру живых. Возникает конфликт вокруг перехода через эту границу и судьбы персонажей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Юрьевич Кузнецов Легкое чтение Любовные романы Фантастика подборки серии
Между живыми и мертвыми существует невидимая Граница, где налажены деловые отношения. В мире, разделенном на живых и мертвых, школьники пытаются разгадать загадки и понять, угрожает ли что-то миру живых. Возникает конфликт вокруг перехода через эту границу и судьбы персонажей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Лицо у нее становится сосредоточенное и задумчивое.
— Да, теперь все понятно, — говорит Лева, — и про родителей Ники тоже Оле пятнашки рассказали. Она думает — это я проболтался, но теперь-то все ясно. Объясню ей завтра, все у нас нормально будет. Ну, Оля-гадина, держись у меня!
— А у нее правда родители мертвые? — спрашивает Гоша. — Или Оля врет?
— Правда, — говорит Лева. — Ника мне сама говорила. Погибли в аварии.
— Да-а-а, — тянет Гоша, — представляешь себе: были родные мама и папа, а стали — мертвые. Ну, я знаю, что рано или поздно все умрут, но почему-то про своих я уверен: они после смерти все равно будут за нас.
— Я про своих тоже, — говорит Лева, — мои-то уж наверняка. Всю жизнь в школе работают, не вещисты, не смертники… они и после смерти должны как этот… Ард Алурин.
— Я думаю, — говорит Гоша, — хороших мертвых вообще должно быть много, гораздо больше, чем нам в школе говорят. Вот иногда у нас в кино мертвые фильмы показывают: там же всегда есть те, кто за нас, за живых. Ну или просто хорошие люди. Я думаю, плохими мертвыми становятся только плохие люди.
— Нет, — возражает Лева, — это не так. Разве дочка Алурина была плохая? Да сколько я историй читал, в которых хорошие люди становились зомби или там упырями? Да и вообще — если бы все хорошие живые превращались в хороших мертвых, то зачем мертвым их убивать? А они потому и убивают, что это — что-то вроде перевербовки.
— Ты, Лева, конечно, умный, — с неожиданной злостью говорит Гоша, — а ты скажи: если мертвые все сплошь такие плохие — то почему мертвые вещи такие хорошие? Одежда клевая. Магнитофоны или там телевизоры — лучше наших. Машины, говорят, вообще офигенные. И еще эти, компутеры…
— А это разные вещи, — отвечает Лева, — это не надо путать. Это и есть вещизм, путать вещи и, как это мама называет, этику. То есть хорошие вещи могут делать плохие люди. И наоборот.
Все это время Марина почти не слушает ребят. Вдруг она повторяет за Гошей:
— Плохие люди могут делать хорошие вещи. Это точно, — потом выплевывает прядку и улыбается. — Пойдемте пить чай, дядя Коля достал папе коробку мертвых конфет. Вку-у-усные!
Марина поднимается и идет на кухню. Ей нравится изображать хозяйку, она вообще любит свою квартиру — опрятную, ухоженную, уютную.
Когда Нике было восемь лет, родители поехали с ней в зимний дом отдыха. Целую неделю они прожили втроем, в маленьком домике, затерянном среди огромного снежного парка. Нике запомнился дом с колоннами — старый, построенный еще до Проведения Границ, со множеством коридоров и комнат. В большом зале была столовая, четыре раза в день сюда приходили отдыхающие — завтрак, обед, полдник, ужин. Утром на каждом столе лежало меню — и можно было выбрать себе еду на завтра.
