Между живыми и мертвыми существует невидимая Граница, где налажены деловые отношения. В мире, разделенном на живых и мертвых, школьники пытаются разгадать загадки и понять, угрожает ли что-то миру живых. Возникает конфликт вокруг перехода через эту границу и судьбы персонажей.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Живые и взрослые»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Между живыми и мертвыми существует невидимая Граница, где налажены деловые отношения. В мире, разделенном на живых и мертвых, школьники пытаются разгадать загадки и понять, угрожает ли что-то миру живых. Возникает конфликт вокруг перехода через эту границу и судьбы персонажей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Юрьевич Кузнецов Легкое чтение Любовные романы Фантастика подборки серии
Между живыми и мертвыми существует невидимая Граница, где налажены деловые отношения. В мире, разделенном на живых и мертвых, школьники пытаются разгадать загадки и понять, угрожает ли что-то миру живых. Возникает конфликт вокруг перехода через эту границу и судьбы персонажей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вчетвером они сидят в заброшенном доме, через забитые окна пробивается холодный зимний свет, посреди комнаты зияет дыра, сорванная с петель дверь валяется неподалеку от входа — все так же, как две недели назад, когда Майк впервые попал в мир живых. Только тогда им было страшно — а сейчас они приходят сюда как к себе домой.
— У нас только плееры, — отвечает Марина и вынимает из кармана куртки плеер фабрики «Электронная жизнь».
Майк вертит его в руках, открывает крышку, рассматривает штекер наушников.
Они говорят на всеобщем языке, но Майк то и дело вставляет в речь неизвестные мертвые слова. Но и без этого его речь иногда кажется Марине неудачным переводом с мертвого языка — все эти бесконечные «прикинь?», «отжигать», «дайте две» или вот «гаджет».
Ника надевает наушники ай-по и нажимает кнопку.
— Что это за группа? — громко спрашивает она.
Марина забирает у подруги ай-по и нажимает «паузу».
— Подожди, — говорит она Майку, — я сама переведу. Это вот тут написано, верно? — Майк кивает. — Ну, значит, группа называется «Живые могут танцевать». Правильно?
— Ага, — говорит Майк, — только это еще и каламбур. Потому что по-нашему это звучит почти так же, как «в ожидании конца времен».
— Здоровско, — говорит Лева.
Свою шапку он отдал Майку, и теперь его рыжие волосы ярким пятном выделяются в полумраке. Марина прячет замерзающие ладони в карманы куртки и смотрит на зябнущего Майка. В разноцветном мертвом свитере, Марининых варежках, Никином шарфе и Левиной шапке он напоминал бы пленных мертвых из старых фильмов о войне — если б не широкая улыбка.
Раньше Марина считала, что мертвые должны быть мрачными и печальными. Так их описывали во всех книгах и изображали во всех фильмах — и не только в тех, что снимали здесь, но и в мертвых фильмах, которые два-три раза в год показывали в кино: безработные, несчастные, живущие в вечном сумраке. Первый раз, когда Майк появился в этой комнате, он был точно такой же: напуганный, потный, дрожащий. Когда Лева выдернул его из круга, он отскочил в угол и несколько мгновений затравленно озирался по сторонам.
— Где я? — спросил он.
— В мире живых, — ответил Лева на мертвом языке.
— Закройте окно, — попросил мертвый, и Марина сначала удивилась — все окна в комнате и так были заколочены, — но потом Лева сообразил: Майк говорит про дыру в Границе, которую они проделали. Гоша поднял погасшую магнитную свечу и показал: мол, все закрыли, можешь не нервничать.
