Или вернемся вместе с Федором, или останемся там… тоже вместе…
Эмма посмотрела на залитое слезами лицо Таис, на твердо сжатые губы, на мокрые стрелки ресниц и, словно отвечая на свой давний вопрос, произнесла:
– Ты любишь его, Таис. Ты любишь Федора.
Таис. Мы сможем жить среди людей…
Звон. Тонкий, непрекращающийся звон и тошнота. Головная боль, разрывающая виски.
Пустая спальня, кровать, Федькин матрас. Федькин голос в наушниках.
Она слышала все. Слышала, как он кричал, когда на него напали несколько тварей сразу. Слышала, как он упал, как удалось ему отползти в сторону и найти вентиляционный люк. Каким-то чудом получилось забраться в этот люк и закрыть решетку с помощью отвертки.
Слышала вой и рычание зверей. Непрекращающийся вой, непрекращающееся рычание. Стая загнала свою добычу и не собиралась уступать. Десятки наглых, сильных тварей караулили Федора в темных коридорах.
Егор хотел забрать у нее наушник.
– Не надо слушать, не стоит, – проговорил он и протянул руку.
И тут же получил по плечу.
– Пошел вон! – крикнула ему Таис. – Ты ничего не понимаешь!
– Я понимаю, – тихо ответил Егор, – я понимаю.
Егор не понимал. Не понимал ту пустоту, которая останется, если Федор погибнет. Без него ничего не будет иметь смысла, все станет холодным и ненужным.
Глядя на стены спальни, Таис так четко и ясно поняла, что всегда была счастлива. Пусть ее счастье было злым и даже яростным, но оно было, это счастье. Были ночи, когда Федор согревал ее своим теплом, встречал после охоты, шутил и помогал тащить рюкзак с едой. Были дни, когда они вместе смеялись над всякой ерундой, болтали часами или ругались с Вальком.
И за всем этим счастьем стоял Федор. И жизнь без него казалась теперь бессмысленной и пустой. Вот что такое любовь. Это когда человек становится частью тебя, твоей души, и без него жизнь оказывается половинчатой и души тоже остается только половина.
Федор всегда был рядом, даже в ее мечтах о будущем. Зачем теперь ей удобная каюта на Втором уровне? Зачем хорошая еда и классная одежда? Чтобы умереть с тоски?
Лучше бы она осталась там и истекала сейчас кровью вместе с ним. Лучше бы она не спасалась.
– Федя, я люблю тебя, – шептала Таис и слышала в ответ только стон.
Что с ним? Насколько серьезно он ранен?
В общей комнате Вовка рассказывал Егору о том, что они нашли что-то особенное во фриковых ангарах.
– Там есть, где укрыться, есть рубки диспетчеров, удобные и безопасные, – говорил он.
«Безопасные…» – эхом отозвалось в голове у Таис.
Если бы можно было каким-то образом отвлечь стаю и вернуться за Федькой. Ведь он еще жив, она слышит его прерывистое дыхание. Она буквально чувствует, как бьется его сердце.
– Я вернусь за Федькой, – пробормотала Таис и вышла в общую комнату.