– Эмма торопливо отстегнула и сняла перчатку (и костюм тут же сообщил, что герметизация нарушена, микроклимат внутри скафандра страдает и еще что-то о безопасности) и дотронулась до руки мужчины – а это был именно мужчина. – Рука теплая, – сказала она и посмотрела на Кольку.
– И что, во всех контейнерах лежат люди? Взрослые люди? – озадаченно пробормотал приятель.
Мужчина был одет в смешной серо-белый комбинезон из тонкой материи с блестящими полосками на карманах и вороте. На ногах – только носки. Темные волосы тщательно уложены, руки прижаты ладонями к телу. Поза неестественная, так обычные люди не лежат. Человек напоминал тщательно упакованную куклу.
И тут Эмма все поняла. Истина оказалась простой и ясной, настолько простой, что было странно, как она раньше не догадалась, что на самом деле находится в контейнерах и что на самом деле производит цех.
– Это биоробот. Вроде Ильи, которого пришлось убить. Новая технология «живая плоть» плюс новые программы из разряда «дерево». И перед нами чудо техники – биоробот, неотличимый от настоящего человека.
– Вот что производит наша станция! Знаешь, сколько таких контейнеров мы отправили на Землю? Они наверняка заменили всех людей вот такими роботами. Думаешь, что это человек, вот как мы думали про Илью и тех девчонок, а это, оказывается, робот.
– И что? Считаешь, что людей на Земле нет?
– Наверняка, – мрачно протянул Колька, – вот потому они и хотят нас уничтожить. Мы – последние люди на Земле. Вернее, около Земли. И вирус на людей наверняка наслали роботы…
– Чтобы умертвить всех. Люди становятся зверями, а планетой управляют биороботы. – Колька стукнул ботинком по контейнеру, достал пистолет и выстрелил прямо в голову лежащей машины.
Звук вышел глухой и тусклый, и тут же запахло жженой плотью. Живой плотью.
Эмму чуть не вырвало от этого запаха, она резко отвернулась, отскочила от контейнера и попросила:
– Надо уничтожить всех. Каждого робота, – торопливо проговорил Колька и принялся двигать ящики.
– Некогда сейчас. И что это даст? Там, в цеху, их может быть множество, мы только зря погибнем тут. Возвращаемся! У нас свои задачи, нам надо просто выжить. Пошли, кому говорю!
Колька повернулся к ней – лица в шлеме не разглядеть, только темное стекло, отражающее далекие огоньки каракатиц. Какое-то время нерешительно покачал рукой с пистолетом, словно взвешивая оба решения, и наконец двинулся вперед. Зашагал решительно и свирепо, и его желание убивать находило слишком быстрый отклик у Эммы.
Гадко это все. Гадко и несправедливо. Станция производила заменителей людей, а детей просто убивали. Несмотря на то что вполне можно было найти лекарство от вируса и сохранить жизнь выросшим подросткам.