На орбитальной станции Моаг живут дети, воспитанные роботами, но их родители скрывают свои мотивы. Герои пытаются разгадать тайны станции, чтобы обеспечить свое выживание и вернуть Землю. Между ними возникает напряжение, когда раскрываются загадки о жизни и любви.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Живые» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
На орбитальной станции Моаг живут дети, воспитанные роботами, но их родители скрывают свои мотивы. Герои пытаются разгадать тайны станции, чтобы обеспечить свое выживание и вернуть Землю. Между ними возникает напряжение, когда раскрываются загадки о жизни и любви.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Варвара Николаевна Еналь Легкое чтение Любовные романы подборки серии
На орбитальной станции Моаг живут дети, воспитанные роботами, но их родители скрывают свои мотивы. Герои пытаются разгадать тайны станции, чтобы обеспечить свое выживание и вернуть Землю. Между ними возникает напряжение, когда раскрываются загадки о жизни и любви.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Да, Колючий?
– Давай действуй. – Колька широко улыбнулся.
Эмма тряхнула белобрысого и потянула за собой. Куда? В первую же попавшуюся свободную каюту, где имелась только одна спальня, пустая кровать без матраса и большой монитор, теперь безнадежно молчащий.
– Ты не имеешь права меня запирать! – рывок, удар ногой, но мимо. Эмма умудрилась отскочить, не отпуская паршивца.
Ничего она отвечать не станет. И запрет его прямо в ванной. И прямо сейчас настроит тамошний замок, а цифровые замки имелись на всех дверях детских кают. Белобрысый сделал еще одну попытку вырваться, но неудачно. Он ругался сквозь зубы, но окончательно озверел только тогда, когда понял, где ему придется сидеть. Задвинулась за ним дверь из плотного металлопластика, щелкнул электронный замок, Эмма ввела простой код 12345. Изнутри замок открыть было невозможно без планшета, а этой штуки у мальчишки как раз и не было.
– Остынь, горячий мой, – и ушла.
В ванной есть туалет и вода. Попьет и пописает. Там тепло и безопасно. Но скучно и одиноко. Как раз то состояние, которое необходимо для осознания своих ошибок.
Кольку она догнала уже на Зеленой магистрали, тот тянул обе переноски с девочками. Направлялся он через Главную площадь к парку, который можно было пересечь под прикрытием деревьев.
В парке был хаос. Кроме бумажек, игрушек, носков, остатков еды и следов от размазанного по скамейкам пластилина, тут было еще полно перевернутых цветочных горшков. И сделано это было специально, потому что тяжелые прямоугольные горшки с длинными папоротниками, кудрявым горошком и крошечными китайскими розами так просто не сдвинешь с места. Тут надо несколько человек.
И вот эти несколько человек договорились и сотворили такое безобразие в парке. Зачем? Этого Эмма понять не могла.
– Вот же черти, – привычно ругнулся Колька, оглянулся и протянул переноску. – Забирай малую, а то руки болят. Похоже, всех здешних детей надо просто запереть где-нибудь. И выпускать гулять по паре человек не чаще раза в неделю. Под конвоем.
– Или вообще усыпить, – хмуро пробормотала Эмма, переступая через осколки разбитого горшка и горсти земли с корнями.
– Тоже мысль, – охотно согласился Колька. – И кормить их не придется.
– Надо заставить этих паршивцев убирать. Прямо сегодня. Только тот, кто убирает, имеет право выходить из каюты. Новые законы сейчас и обсудим. А кто не убирает – тот сидит в своей каюте и зарастает грязью. Мы того на свободу выпускать не будем.
Про себя Эмма подумала, что, пожалуй, детей вообще любить сложно. Ломающих, крушащих и уничтожающих. Дерущихся, мусорящих и ругающихся. Видимо, поэтому родители от них отказались и передали на воспитание роботам.
– Как можно их любить, когда они ведут себя как уроды? – пробормотала Эмма.
