Внутри древнего дацана светлое зеркало отражает атмосферу молитв и печали. Скульптура Будды, вы carved из дерева, сверкает светом восточной традиции. Вот уже многие годы мир склоняется к религии после долгих лет безбожия. В этой стране и во многих других, где атеизм не был официально признан, он стал выбором многими. Их молитвы подсвечены светом Будды....
Вслед ей неслись крики:
— О святая, ты доказала нам силу веры; о святая, ты доказала нам силу Будды. Было бы несправедливо обречь тебя на земную любовь, о святая!
4. Вирупа"
"У царя Прасенаджита была дочь по имени Вирупа, которая достигла брачного возраста. К несчастью, она была очень некрасива. Ни один князь или воин не хотел взять ее в жены, и даже купцы смотрели косо.
Но тут случилось прибыть в Кравасти богатому чужеземцу по имени Ганга. Царь подумал:
— Ганга никогда не видел моей дочери.
И он пригласил Гангу во дворец.
Тот был польщен предложением Прасенаджита. Он был незнатного происхождения и хотя накопил большое состояние, никогда и мечтать не смел о женитьбе на царевне. Поэтому он радостно согласился.
— Тогда приходи этим вечером во дворец, — сказал царь, — чтобы забрать мою дочь в свой дом.
Ганга повиновался. Ночь была темной, а брачная церемония прошла так, что Ганга не обнаружил обмана.
Лишь на следующий день Ганга увидел свою жену. Он испугался ее безобразия и хотел отправить ее обратно, но не решился, поскольку боялся мести царя. Он держал ее дома взаперти, словно узницу, и не разрешал выходить ни под каким предлогом.
Она была очень несчастна. Напрасно она постоянно доказывала мужу свою привязанность — он платил ей отвращением и презрением и едва разговаривал с ней.
Однажды Гангу пригласил на пир один из его друзей.
— Тот, кто придет без жены, — предупредили его, — будет оштрафован на пятьсот слитков золота.
Ганга решил пойти на пир, чтобы скрасить однообразие своего существования. Но он не хотел показывать Вирупу друзьям, потому что боялся стать посмешищем.
— Я заплачу пятьсот слитков золота, — подумал он, — зато никто не будет смеяться надо мной.
В этот день Вирупа была печальней обычного.
— Что хорошего в такой унылой жизни, как моя? Я никогда не знала никаких удовольствий. Мой господин испытывает ко мне отвращение. И как винить его — ведь я уродлива, это каждый скажет. Я никому не принесла радости. О, я противна себе самой! Смерть лучше такой жизни; смерть будет слаще. Я убью себя.
Она взяла веревку и повесилась.
