Клавдия и Матвей встретили друг друга в детстве и вновь пересеклись через годы. Вспыхнувшая между ними любовь кажется чудом, однако реальность намного сложнее: разные графики работы, обязательства перед близкими и жизненные обстоятельства испытывают их чувства на прочность. Смогут ли они...
Раздел Chitat.online для книги «Жизнь на общем языке» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Клавдия и Матвей встретили друг друга в детстве и вновь пересеклись через годы. Вспыхнувшая между ними любовь кажется чудом, однако реальность намного сложнее: разные графики работы, обязательства перед близкими и жизненные обстоятельства испытывают их чувства на прочность. Смогут ли они...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Татьяна Александровна Алюшина Самиздат подборки серии
Клавдия и Матвей встретили друг друга в детстве и вновь пересеклись через годы. Вспыхнувшая между ними любовь кажется чудом, однако реальность намного сложнее: разные графики работы, обязательства перед близкими и жизненные обстоятельства испытывают их чувства на прочность. Смогут ли они...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ну полетели, – решилась-таки Клавдия.
Два часа – это Ладожский сильно заложился по времени, видимо, на всякий случай. Летели они часа полтора, ну, может, чуть больше, в самолете, оказавшемся грузовым бортом с несколькими пассажирскими сиденьями в хвосте салона. Было ужасно шумно от работающих двигателей и винтов, не давших никакой возможности нормально разговаривать, да еще и холодно. Пришлось доставать теплые куртки и шапки, которые посоветовал прихватить с собой еще в Москве Матвей, а Клава все недоумевала зачем. Посмотрела прогноз погоды в Монголии, вполне приятный и теплый для конца сентября, поудивлялась этой его рекомендации, но спорить не стала, а просто взяла теплые вещи. Вот и пригодились.
Смотреть было решительно не на что в сгустившейся окончательно темноте за бортом самолета, скрывшей всякие виды из иллюминатора. Клаву клонило в сон и совершенно не хотелось ни о чем разговаривать, думать и даже двигаться. И она снова не заметила, как заснула, устроив голову на плече Матвея.
И проснулась рывком, когда он осторожно погладил ее по голове.
– Просыпайся, садимся, – сказал Матвей в самое ухо девушке.
И с этого самого мгновения вокруг Клавдии все завертелось в каком-то стремительном, непредсказуемом и немного пугающем водовороте: события, люди, дорога, встречи и снова люди…
Бесшабашно-удало плюхнувшись на все три колеса разом и подпрыгивая на неровностях грунтовой полосы, их «лайнер» подкатил к какому-то двухэтажному небольшому строению, оказавшемуся при ближайшем рассмотрении чем-то вроде аэропортной и диспетчерской станции. Возле входа в нее, рядом с большой, темной «тушей» какого-то внедорожника хищного вида, стоял человек, явно ожидавший их, поскольку других пассажиров, кроме Клавы и Матвея, в самолете не было.
– Привет! – шагнул навстречу мужчина и заграбастал Матвея в объятия.
– Привет! – ответил тот, довольно посмеиваясь, и, похлопав по спине друга, развернулся к Клавдии: – Знакомьтесь: это мой названый брат и друг Аян, а это, Аян, та самая девушка Клавдия.
– Очень приятно, – отпустив Ладожского из своих объятий, шагнул навстречу Клаве мужчина.
– И мне, – искренне призналась она и протянула руку.
Руку ее мужчина взял двумя ладонями, пожал-потряс с неким даже почтением, отпустил и заторопил прибывших:
– Ну все, грузитесь в машину, надо ехать.
– Мы куда-то спешим? – тихонько спросила Клава, придвинувшись к Ладожскому поближе.
– Спешим, – односложно подтвердил тот, не утрудившись раскрасить свой ответ подробностями.
