Молодой человек, вынужденный убить в армии, возвращается домой и узнает о жестоком насилии над своей невестой. Перед ним встает выбор между законом и местью, между прошлым, которое не отпускает, и будущим, которое кажется невозможным. Роман о боли, справедливости и цене человеческого выбора.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Жизнь не видел, смерть познал» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Молодой человек, вынужденный убить в армии, возвращается домой и узнает о жестоком насилии над своей невестой. Перед ним встает выбор между законом и местью, между прошлым, которое не отпускает, и будущим, которое кажется невозможным. Роман о боли, справедливости и цене человеческого выбора.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Молодой человек, вынужденный убить в армии, возвращается домой и узнает о жестоком насилии над своей невестой. Перед ним встает выбор между законом и местью, между прошлым, которое не отпускает, и будущим, которое кажется невозможным. Роман о боли, справедливости и цене человеческого выбора.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А ты думала, что мы ее бросим?
– Почему бросим? Мы же договорились: она в одну сторону, мы в другую…
– Обстоятельства изменились.
– Но…
– Никаких «но»! – отрезал Антон. Чем снова охладил пыл девушки.
– Ну, как скажешь… Тем более у нее деньги. Нам ее пятнадцать тысяч не помешают… Что ты на меня так смотришь? Да, я люблю деньги… Но тебя люблю больше!.. И вообще, хватит дуться! Иди ко мне!
Рая приласкалась к парню и заставила забыть обо всех невзгодах.
4Глаза Оксаны выражали упрек, а на пересохших губах была робкая благодарная улыбка.
– Зачем ты это сделал? Я же не просила…
Антон забрал ее из больницы, уложил в постель в подготовленной для больной комнате.
– И не надо просить. Я не чужой тебе человек, – ободряюще улыбнулся он.
– Если не чужой, отвези меня к родителям.
– Ты для них уже давно умерла.
– Но я же могу воскреснуть."
"– Со сломанным позвоночником?.. Подожди немного, позвонки срастутся, ты встанешь на ноги, пойдешь к ним сама…
– Какой ты смешной… И милый… Ты же сам прекрасно знаешь, что это навсегда… Отвези меня к родителям…
– Там тебя найдут.
– Мне все равно терять нечего.
– Неизвестно, кого за тобой пришлют. Может, отморозка какого-нибудь. И тебя тогда, и твоих родителей… Хотя бы о них подумай… А мы с тобой одной цепью связаны. И крест у нас один на двоих…
– Крест?! Ты хочешь взвалить этот крест на себя?
– А я что, похож на слабака?
В комнату вошла Рая:
– Как дела?
Она была слегка под хмельком. Вчера они с Антоном выпили большую бутылку коньяка, а сегодня она с утра освежилась пивом… Спиртное помогало ей пережить трудности, выпавшие на ее долю. Антон ее понимал. И даже поддерживал.
– Нормально, а что?
– Ты мне тут не изменяешь?
– С кем?
– С уткой. Которая под кроватью… Шучу, конечно… Оксана, мы за стол! Ты с нами?
Оксана плотно поджала губы и обреченно уронила голову набок. Антон с осуждением посмотрел на Раю.
– А что я такого сказала? – возмутилась она. – Стол праздничный для них накрыла, а они мне тут козу делают… Оксана, сто граммов примешь?.. Не хочешь, не надо!
Рая ушла, и Антон виновато посмотрел на Оксану:
– Ты ее извини. Она до сих пор не в себе. Ее все здесь раздражает. Даже я…
– Я понимаю… Все понимаю… Ты иди, там стол накрыт…
– Я тебе сейчас чай заварю.
– Не надо чай. Нельзя много жидкости…
– Так, понятно… Ты это, не стесняйся…
Антон достал из-под кровати утку, поднял краешек одеяла.
– Не надо! – запротестовала Оксана.
– Будь проще. И мне станет легче.
Он обслужил ее, вышел в соседнюю комнату, где на диване за столом его ждала Рая.
– Ну наконец-то, – сказала она. И взглядом показала на бутылку «Метаксы». – Наливай!
Антон хотел отказаться. Нельзя же каждый день закладывать за воротник. Спиться он не боялся, но его пугала возможная опасность.
