Зато поправку на ветер делать не надо.
Сергей поставил бутылку на верхнюю поперечную планку забора, отошел на пятьдесят шагов, прицелился. Выстрелил раз, другой, но бутылка так и осталась стоять.
– Теперь твоя очередь, – сказал он, протягивая девушке вертикалку.
Настя уже осматривала это ружье, но еще не стреляла из него. Поэтому она боялась промахнуться. Но бутылка разлетелась на куски с первого выстрела.
– Ты же почти не целилась!.. Это случайность! – заявил Сергей.
И тут же побежал в дом. На крыльце упал, не удержав равновесие. Но все равно продолжил путь. Вернулся с двумя бутылками.
– Можешь вверх бросить, – сказала Настя.
Она уже почти уверена была в том, что ружье не подведет. И в себе она мало сомневалась."
"Но все же первый выстрел разочаровал и ее, и Сергея.
– Я же говорил, случайность! – безобидно рассмеялся он.
И снова швырнул бутылку вверх. Он бросил ее с таким рвением, что не удержался на ногах. Но Настя не обратила на него внимания. Упреждение, поправка, выстрел – бутылка вдребезги.
– Ничего себе! – восторженно хлопнул себя по лбу Сергей.
Он и не думал подниматься с земли.
– Ну и какой я инструктор?
– Обалдеть!
– Хочешь попробовать? – задорно спросила девушка.
– Хочу. Тебя!
Сергей поймал Настю за руку, потянул на себя.
– Эй-эй-эй! – засмеялась она.
– Но ты же сама сказала, чтобы я тебя утащил, – свалив девушку в траву, сказал он.
– Так не сюда же…
– Ты же из деревни, там у вас все на природе.
– Там у меня ни с кем не было…
– Теперь будет!
Хозяин отсутствовал уже давно – трава в огороде не кошена. И кусты высокие. Настя надеялась, что никто из соседей не увидит, чем они занимаются… А если увидят, все равно. В конце концов, она современная девушка…
Уже было темно, когда они вернулись в дом. Настя уложила Сергея в постель, а сама пошла за патронами, положила их за печку, туда, где уже спрятала ружье. Сергей еще не протрезвел, мало ли что может взбрести ему в голову. Так что лучше поостеречься.
2А ночка темная была… Настроение, как в той песне. Разбойно-героическое. Лес рубить, дрова ломать… Бандитский бригадир нарочно взбадривал себя, взвинчивал. Время – половина третьего пополуночи, все нормальные люди давно уже спят, и с бабами, а он со своими бойцами в пути.
Работа у него такая – счеты с безнадежными должниками сводить. Поэтому и занесло его в эту глухомань, в деревню, где прятался обанкротившийся коммерсант. Пуля по нему плачет, а он как тот заяц бегает от нее. Думает, что не найдут. И невдомек ему, что от Гоши Трубача еще никто не ушел…
Джип остановился возле дощатого забора, за которым темнела деревенская изба. Ни одного фонаря на улице, но в небе светила полная луна. Именно в такие вот полнолунные ночки по земле бродит всякая нечисть – черти, упыри, вурдалаки.