Автор
В сумке убитой женщины зазвонил телефон. Федюлов щелкнул замком, но решил не включать звук. В трубку поступал встревоженный голос: "Галина Ильинична, где вы? Все в порядке?" Пока он это говорил, в руке его дрожала сумка с телом.
И что же такого интересного или необычного вы там увидели?
И как бы там ни было, но убил вас не случайный человек. Потому что кто-то уничтожил в вашем домашнем компьютере всю вашу переписку с Полиной Солодко. Или вы сами ее уничтожили? Когда? И зачем? А если все-таки это сделали не вы сами, то кто? И когда?
Над этими вопросами Настя билась все три дня, и мозг ее, почуявший свободу от службы и опьяненный свежим воздухом, выдавал версии одну заковыристее и невероятнее другой."
"Бегорский уехал, и в кафе Насте стали снова подавать привычную, такую милую ее сердцу «неправильную» еду.
Оказалось, что недолго.
* * *Звонок Вторушина застал Настю в тот момент, когда она расхаживала по своему номеру в одном упоительно-розовом термобелье с чашкой кофе в одной руке и с куском торта в другой. Чтобы взять трубку, пришлось быстро решать, с чем расстаться, с кофе или с тортом. Кофе победил, и сладкий кусок перекочевал на тарелку.
Голос Вторушина звучал напряженно и почти вибрировал.
— Вы можете сейчас приехать к нам в отдел?
— Могу, — быстро ответила она. — Что-то случилось?
— Ярцева и Еремеев мертвы.
— Что?!
— Задержан подозреваемый, — продолжал Илья, словно не слыша ее. — Роман Ярцев. Если вы хотите задать ему какие-то вопросы, то приезжайте.
— Еду.
Кофе она все-таки допила, пусть и одним глотком, обжигаясь, а торт доедать не стала. Натянула джинсы и черный свитер, сапоги и куртку и выбежала из флигеля.
В кабинете сидел Дмитрий, осунувшийся, с мешками под отекшими глазами. Увидев Настю, коротко кивнул вместо приветствия и начал рассказывать.
В 2.15 ночи в милицию поступил звонок о том, что с дамбы упала машина.
