Жизнь с перчинкой вдохновляет на отчаянные поиски идENTITY, где каждый найдёт свой путь против навязанных правил. Автор щедро поливает текст живой атмосферой свободы духа и бесстрашия — черпания из перчинки подстелывает зыбкую базу для взгляда на жизнь с новой стороны.
Этот город, как наркотик, он дурманит, он призывает к себе. В нём всё так гармонично сочетается, что даже не верится, что он настоящий, не придуманный. Я ощущала его живое дыхание.
Меня очаровали питерские мосты. Ступить на мост, почувствовать под ногами подрагивающую твердь, увидеть внизу Неву, величественно несущую светло-серые волны, представить, как ночью вся эта махина разверзнется и поднимется…
Город, похожий на зыбкий призрак, на странный сон… Город, где мосты — разводные, а ночи — белые. Город воды и бессчётного количества мостов и мостиков с кружевными перилами.
"Петергоф произвёл на нас колоссальное впечатление. В 1944 году Петергоф был переименован в Петродворец, так как немецкое название тяжело воспринималось на фоне разрушений, оставленных немецкой армией.
Меня безумно поразил Исаакиевский собор. Он похож на огромное многоногое существо, застывшее посреди суеты города. Мы любовались бесподобными видами Петербурга с его высоты.
— Вот бы здесь заняться любовью, — пошутил муж, окинув взглядом толпы экскурсантов.
— Да ты что? На глазах удивлённой публики?
— Всё равно мы когда-нибудь это осуществим, — стоял он на своём.
