— Надо, Серёга, надо… Если мы найдём, скорее всего, меня и пошлют на ликвидацию.
— Грех на душу возьмёшь?
— Нет. Мне одного Тюрика до конца жизни хватит. Есть у меня одна идея, но вначале надо найти клиента. Да и заплатить тебе обещали хорошо.
— Ладно, Тимур. Что ещё?
— Вчера видел нотариальную контору, которую ищет милиция. И ищут пожарные. Ищут, но не могут найти… — Тимур посмотрел на Сергея и улыбнулся. — И ещё, похоже, на той неделе определимся с рынком, где Блинкаус работает. В следующие выходные буду в городе. Пересечёмся. Работы много. Пока всё, дорогой мой адвокат. Дорогой — не в смысле, что я тебя очень люблю, а в смысле денег.
— Дорогой мой бандит, тут, главное, нам с тобой правильную ориентацию на баб не потерять с делами нашими скорбными, — рассмеялся защитник.
Подзащитный убрал улыбку и сказал:
— Сергей, номер бокситогорского телефона остался?
— Как только появится информация, звони по этому номеру и спроси меня. И теперь слушай самое главное — при разговоре со мной, знай, что может быть включена громкая связь, и я в кабинете буду не один. И возможно этот аппарат с записывающим устройством.
— Смотри, какие прогрессивные бандиты пошли… — удивился Соломонов.
— А то! Шагаем в ногу со временем. Всё, на выход.
Из кафе вышли вместе и разошлись в разные стороны.
По дороге на конспиративную квартиру Кантемиров задумался над архиважным вопросом для себя — как отчитаться за деньги, якобы потраченные на оплату ритуальных услуг бокситогорского кладбища? Лапа сам решил вернуть аванс и сделать памятник за счёт преступной организации. И не за красивые глаза, а за выполненную работу. Студент, выполняя задание руководства ГУВД, убрал конкурента вожака банды.
А лейтенант уже доложил наверх о потраченных деньгах. Так что получается — Тимур скрысятничает сэкономленную сумму? А как можно крысятничать у государства? Полковник Борцов и советник юстиции Князев не из своего же кармана выдают деньги на оперативные расходы. У государства можно только тырить…
Тогда что получается? Лейтенант Кантемиров просто оставит деньги, полученные за дело в ходе секретной операции, у себя. Так и получается…
Офицер милиции успокоился, посмотрел на часы и точно в назначенное время стукнул в дверь конспиративной квартиры. Открыл майор Жилин в джинсах и тёплой синей рубашке в клетку.
Василий Петрович не видел своего крестника две недели, искренне обрадовался встрече, обнял и, как опер оперу, шепнул:
— Начальству твой склад с оружием очень уж понравился.