Оперативная квартира располагалась на первом этаже огромного исторического дома. Ровно в 20.00. Тимур нажал кнопку звонка.
Дверь открыл майор Жилин и, улыбаясь, протянул ладонь:
— Рад вас видеть, Василий Петрович.
— А уж как мы рады… Проходи.
Квартира оказалась просторной: большая прихожая, справа кухня и санузел, длинный коридор с дверями трёх комнат. Старенькие обои и потёртый линолеум в клеточку на полу. Устойчивый запах нежилого помещения. Жилин пошёл по коридору первым, за ним Кантемиров, на ходу подняв воротник пиджака и нацепив на нос чёрные очки.
Когда вошли в дальнюю комнату, вчерашний арестант в виде шпиона обвёл взглядом собравшихся сотрудников.
За старым круглым столом сидели Князев, рядом просматривал документы невысокий плотный мужчина в возрасте, в костюме с галстуком и в очках, которого Тимур тут же определил в полковники милиции. Третьим за столом оказался худощавый парень в ветровке, чуть постарше Тимура и с копной густых чернявых волос.
Князев с неизвестным сотрудником улыбнулись гостю, мужчина в костюме оторвался от бумаг, снял очки и хмуро посмотрел на маскарад.
Кантемиров согнал улыбку с лица и на полном серьёзе спросил:
— Товарищи, у вас продается славянский шкаф?
— Шкаф продан, могу предложить никелированную кровать с тумбочкой, — за всех, без всякой улыбки, ответил полковник Борцов.
— Я сразу понял, что здесь все свои.
Полковник милиции в гражданке встал первым, обошёл стол и протянул руку.
— Максим Владимирович.
— Тимур, — ответил Кантемиров, снимая очки и встряхивая ладонь после крепкого рукопожатия.
Отвык в тюрьме от нормального мужского приветствия. Интересно, этот Борцов штангу тягает или просто гантельками балуется? Лапа, как у медведя…
Лейтенант милиции посмотрел в глаза старшему офицеру.
— Товарищ полковник, если бы я не знал ваше звание и должность, то подумал бы, что вы профессиональный массажист. Только у них ладони, как камень.
— Здоровый крестьянский труд, — ухмыльнулся Борцов и пояснил. — У меня домик в деревне. И ещё штанга на досуге.
— Максим Владимирович, тогда разрешите называть вас по имени-отчеству. А то я как-то недавно одного полковника в РУОПе по привычке товарищем на допросе назвал.
— Хорошо. И этот полковник из РУОПа по фамилии Онегин рассказал мне одну занятную историю, про то, как ты устроил сотрясения мозга курсанту милиции. Что скажешь?
— Входил в образ. Да этот курсант первый начал.
— Обязательно надо было сотрудника класть затылком об мраморный пол?
— Не знаю.
