Жизнь замечательных детей — читать онлайн бесплатно полностью

Психолог должен фиксировать любую мелочь, в том числе в какой последовательности ребенок рисует и что он при этом говорит. И конечно, для интерпретации рисунка необходим профессионализм и большой опыт.

— Значит, школьный психолог — дилетант? — осенило меня.

Хоркин вздохнул и уклончиво ответил:

— К сожалению, в общеобразовательных школах работает очень много непрофессионалов. На маленькую зарплату выпускник университета не пойдет, вот бывшие учителя биологии, труда или физвоспитания на скорую руку переквалифицируются в психологов. Возможно, в будущем эта ситуация изменится. Однако если у тебя или твоих знакомых какие-то проблемы с детьми, лучше консультироваться у платного специалиста. Вот, держи, может быть, пригодится. — И Олег вытащил из кармана пиджака визитку.

«Олег Анатольевич Хоркин, психотерапевт», прочитала я на белом прямоугольнике, и у меня тут же возник вопрос:

— Слушай, а зачем ты работаешь в «Радости жизни»? Ни за что не поверю, что ради дополнительного заработка.

— Нет, — улыбнулся Олег, — не ради денег. Дело в том, что я пишу диссертацию. С клиентами фирмы происходят значительные психологические изменения, порой люди вновь обретают смысл жизни. Я изучаю, насколько такое искусственное вмешательство в судьбу может быть полезно. У меня уже собран значительный фактический материал. Тема моего исследования звучит так…

Но он не успел договорить, потому что за моей спиной раздалось вкрадчивое:

Я обернулась и увидела Максима. И хотя Малахов улыбался, глаза его сверкали нехорошим огнем. Я изобразила бурную радость:

— Олег, познакомься, пожалуйста, это Максим.

— Муж, — веско добавил Малахов, буравя гостя взглядом.

— Очень приятно, — вежливо сказал Хоркин.

— А это Олег, — сказала я, стараясь, чтобы мог голос звучал как можно беззаботнее. Но провести Малахова мне не удалось.

— Олег? — взревел он, словно раненый буйвол. — Тот самый?

Увы, я заняла неправильную позицию. Вместо того чтобы изобразить равнодушие или самой идти в наступление, я принялась трусливо обороняться.

— Вовсе нет, — залепетала я, — это совсем другой Олег… мой случайный знакомый… то есть давний коллега… мы с ним выросли в одной песочнице…

— Он твой любовник! — припечатал Малахов громовым голосом.

Бедняга Хоркин переводил взгляд с Макса на меня и обратно. Впрочем, надо отдать психологу должное: он оставался невозмутим. Наверное, в своей практике ему приходилось видеть еще и не такое.

А «муж» продолжал бушевать:

— Меня не было всего час, а он уже успел просочиться! — Тут Максим посмотрел на ноги гостя, и его физиономия приобрела багровый оттенок: — И он в моих тапочках!

— Ну, извини, пожалуйста, других не нашлось.