В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Он осторожно положил на них несколько веточек и задумчиво посмотрел на меня.
Уже рассвело, однако лагерь все еще спал. Не только люди, но даже чуткий вейя никак не отреагировал на присутствие чужака.
– Это был сон. Впрочем, как и то, что происходит со мной сейчас. А в снах нельзя умереть, – сказал я, вставая с лежанки.
– Ты глубоко заблуждаешься. – Он поставил на огонь котелок. – В некоторые моменты можно и не проснуться. Тебе повезло, что у тебя такая жена.
– Была, – глухо отозвался я. – Зачем пришел?
– А обязательно должна быть причина? Разве должно твое воображение отвечать на такой примитивный вопрос?
– Ты не плод моего воображения.
– Помогаю? – Он скорчил кислую рожу. – Разве это помощь?..
Вор не стал продолжать. Взял котелок, не боясь обжечься, налил горячую жидкость в кружку, протянул мне.
– Тебе не помешает, – усмехнулся он.
– А как же ты?
– Предпочитаю вино, – отмахнулся Гаррет. – Знаешь такую поговорку у йе-арре? Чем меньше бегаешь за ветром, тем проще его поймать. Удачи. Она тебе скоро понадобится.
Лук растолкал меня и, отчаянно зевая, начал будить остальных. Я продрог до костей, костер погас, и никто не подумал подложить дровишек. Поднялся, пришлось махать руками, заставляя застывшую кровь бежать по жилам хоть немного быстрее, чем прежде.
Лагерь постепенно просыпался. Юми пищал о собаке, Лук поминал жабу, Га-нор – Уга, а Гбабак – Квагуна. Рона тихо смеялась незатейливой шутке Шена, Рандо с омерзением держал в руках нагрудник, ставший ледяным после холодной ночи, а Кальн цеплялся за ускользающие остатки сна, укрывшись курткой с головой.
Совершенно неожиданно мы стали большим отрядом. Десяток – это уже не четверо. Спрятаться гораздо сложнее, хотя, с другой стороны, с новыми бойцами я стал чувствовать себя гораздо увереннее, чем с тремя носителями «искры», двое из которых все еще никак не могли оправиться после потасовки в Радужной долине, а на одну никогда нельзя было полагаться до конца.
Шен встретил северянина и стражника с радостью. Они рассказали нам свою историю, а мы – свою. Упустили лишь, кто такой на самом деле «Огонек»-Порк. Целителю хватило ума не говорить, что с нами Убийца Сориты.
