В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Сделав шаг к зверю, я понял, что только что прошел растерявший листья куст шиповника, увидел справа от себя приметный склеп с разбитой горгульей у входа… вновь вспомнил сон, резко обернулся и тем самым спас себе жизнь.
Он прыгнул беззвучно, и я выставил руки, одной фиксируя его под подбородок, чтобы напавший не пытался меня укусить, а второй стараясь перебросить парня через себя. Я не смог удержать равновесие – он был слишком тяжел – и упал на спину. Кукс оказался сверху, продолжая клацать зубами, как заведенная игрушка морасских мастеров.
Не обращая внимания на тошнотворную вонь и расползающуюся под пальцами плоть, я продолжал бороться с мертвецом, молясь, чтобы поблизости не околачивались его приятели. Во время скоротечной схватки я смог увидеть, что не далее как в пяти ярдах от меня, на могильной плите восседает Тиф. Она с интересом следила за поединком, ничем не пытаясь мне помочь.
Я немного спихнул надсадно хрипящего кукса и рискнул отпустить его руку. Он тут же вцепился мне в волосы, а я – в рукоять «Гасителя Дара».
– Интересный эффект, – задумчиво произнесла Проклятая."
"– Сейчас тебе представится возможность испытать его на себе! – задыхаясь от ярости и отвращения, просипел я, отталкивая от себя разлагающееся тело.
У меня были очень серьезные намерения на ее счет. Проще говоря, я собирался убить эту дрянь.
– Ах, оставь! – отмахнулась она, нисколько не впечатлившись угрозой. – С тобой ровным счетом ничего бы не случилось.
Я проворно откатился в сторону, и на то место, где я стоял, приземлился еще один труп. Не обращая внимания на Убийцу Сориты, он зашипел и ринулся на меня. Встать я не успел, поэтому пришлось отползать спиной назад, выставив перед собой клинок.
Внезапно покойник закатил глаза и рухнул рядом с первым.
– Вот видишь, – сказала Проклятая, поковыряв пальцем плиту.
Я встал, сжимая в руках нож, кипя от гнева и все еще желая убить двуличную гадину.
– Кстати, эта парочка была последней. Можешь поблагодарить меня за то, что всех остальных я успокоила раньше.
Я несколько раз глубоко вздохнул и неохотно убрал «Гаситель Дара».
– Благодарить, надо думать, следует твою жадность.
