В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
– Дело не в доверии, а в разумной осторожности. Если клинок попадет в руки Проклятой, твоя жизнь, как и жизнь Роны, окажется в гораздо более серьезной опасности, чем сейчас.
– Куда уж больше! – фыркнул он, но немного остыл. – Ты вернешь его мне, когда мы прибудем в Радужную долину. Мать приказала передать артефакты…
– Как тебе угодно, – солгал я. – Но ты, кажется, не понял, о чем тебе говорила Лаэн. Если сунешься к Ходящим, это будет твой последний дурацкий поступок. Они не выпустят носителя темной «искры». А твоя сейчас именно такая.
– Не говори ерунды. Они даже не заметят. Я Целитель. Моя «искра» не читаема до тех пор, пока я не пользуюсь Даром.
– Интересно, сколько ты продержишься без магии.
– Достаточно долго, чтобы меня выслушали и поняли.
– Как говорится в книге Созидания – блажен, кто верует.
– Не знал, что ты читаешь такие вещи, – усмехнулся он.
– Я полон сюрпризов. Мне нужны наконечники.
Он сразу понял, о чем я говорю, и отрицательно покачал головой:
– Нет."
"– Вроде ты только что пекся о нашей безопасности? Изменил свое мнение?
– Нет, но…
– Но если Тиф начнет строить из себя темную повелительницу, то, возможно, я не смогу подобраться к ней на расстояние удара ножом и потребуется стрела.
Он заколебался, собрался было продолжить спор, но неожиданно сдался:
– Бездна с тобой, Серый!
Залез в поясную сумку, вытащил тряпицу, развернул ее и положил мне на ладонь наконечник матово-белого цвета.
– Тебе хватит и одного.
– А если нет?
– Хватит, – уверенно ответил Целитель. – Я видел, на что ты способен.
Возвращались мы уже в полной темноте, ориентируясь на свет костра. Блазг дремал под фургоном, Юми жарил мясо на палочках, Тиф сидела рядом, пытаясь беседовать с Роной. Та сжалась в комок и молчала. Она даже не сделала попытки напасть.
– Эй! Оставь ее! – заорал Шен, мгновенно ринувшись в бой, но я предусмотрительно положил руку ему на плечо:
– Остынь.
– Я не собиралась причинять ей вред, – возмутилась Тиа. – Она сама ко мне пришла.
– Лжешь!
– Успокойся, мальчик, – нахмурилась она, начиная сердиться. – Если не веришь мне, то спроси у своих друзей.
– Рона сама прийти, – подтвердил блазг из темноты.
– Я могу помочь, – доброжелательно сказала Тиф.
– Даже не думай, – процедил Целитель и увел начавшую всхлипывать девушку от костра.
– Вот так, собака.
