В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
– В этот раз не понравится еще больше, – нехорошо усмехнулся рыжий.
– Я как будто хочу попасть в руки Проклятой, лопни твоя жаба! Но нельзя же… – Стражник уже говорил с пустым местом.
Га-нора не было. Лук выругался, подхватил кистень за цепь, поправил висящий на спине круглый щит и поспешил за другом.
Резвый старт перешел в стремительный бросок, во время которого солдат был занят лишь тем, чтобы не отстать от легконогого спутника.
Гроза утихла. Больше не было молний и грома, но дождь шпарил, как заговоренный. Они оставили осиновую рощу далеко позади и теперь шли через редколесье, стараясь держаться поближе к холмам и не лезть на открытые участки.
– Кажись, выбрались? – тяжело дыша, поинтересовался Лук, пытаясь понадежнее завернуться в плащ.
– Время покажет. – Следопыт устроился под одиноким деревом, поджав под себя ноги. – Здесь подождем остальных.
– Как скажешь, – устало пробубнил Лук. – Я вздремну? Ничего?
– Давай, – легко согласился товарищ.
Стражник посопел, повозился, устраиваясь поудобнее, и затих.
Дождь, растеряв большую часть ярости, теперь едва моросил. За невысокими холмами, там, где осталась деревня, внезапно прошла череда скоротечных вспышек, окрасивших животы туч в нежно-розовый цвет. Затем все стихло так же быстро, как и началось.
Га-нор до боли в глазах всматривался в ночь. Прошло несколько минок. Не выдержав, следопыт начал забираться на ближайший холм.
Сын Ирбиса спустился вниз и растолкал Лука.
– Что? Уже утро?! – встрепенулся тот.
– Нам надо вернуться, – глухо ответил Га-нор.
– Что? Куда?! Когда?!
– Прямо сейчас. Назад.
– Не самая лучшая идея, лопни твоя жаба. От нас там никакого проку. Ради чего нам рисковать жизнями? Если на них насела Корь, живых не осталось.
– Я уверен, что мы должны вернуться. Но тебя за собой не тяну. Можешь ждать здесь.
Лук дернулся, словно его ударили, презрительно сплюнул Га-нору под ноги и пробормотал про обнаглевших варваров, у которых нет никакой совести, раз они так думают о друзьях.
Гневную отповедь северянин выслушал с улыбкой.
Глава 8
Рона проплакала всю ночь. Шен пытался ее успокоить, но получалось у него плохо.
