Ты знаешь, чья жена изменяет мужу, еще до того как тот сам об этом узнает. Взять хотя бы Реджи Сойера: ему и невдомек, что жена Бонни трахается с парнем из телефонной компании. Ты знаешь в городе все дороги и куда они ведут. А в пятницу после обеда вы с Хэнком и Нолли Гарденером можете отправиться в парк и выпить пару упаковок или ящиков пива. Ты знаешь все окрестности и как в апреле пройти через болото, не промочив ног.
Ты знаешь про город все! И город про тебя все знает. Знает, как болит у тебя спина после тяжелого трудового дня от неудобного сиденья в тракторе; что волдырь на спине всего лишь киста, так что беспокоиться не о чем, хотя сначала доктор и не был уверен; как ты собираешься оплачивать счета, которые приходят в последнюю неделю месяца.
Город видит тебя насквозь и не верит даже тем обещаниям, что ты даешь самому себе. Например, что отвезешь жену и детей в Диснейленд на будущий год или максимум через год, или что купишь новый цветной телевизор, если осенью удастся продать древесину, или что все образуется. Жизнь в городе, по сути, является ежедневным половым актом, совершаемым на людях, причем настолько совершенным, что по сравнению с ним ночное общение с женой на скрипучей кровати кажется простым рукопожатием.
Жизнь в городе обыденна и чувственна, она опьяняет. С наступлением темноты город принадлежит тебе, а ты – городу, и вы вместе проваливаетесь в глубокий сон, становясь бесчувственными ко всему окружающему подобно валунам на дальнем поле. Лишенные жизни, они только отмеряют дни, и когда на город опускается зло, его появление кажется предопределенным, сладостным и одурманивающим. Как будто город знает о приближении зла и о том, какую форму оно примет.
У города есть свои тайны, и он свято их хранит. Люди не знают всего. Им известно, что жена старого Элби Крейна сбежала с приезжим из Нью-Йорка, или им кажется, что они знают. Но на самом деле Элби размозжил жене череп, когда тот турист тайком уехал, а потом привязал к ногам камень и бросил тело в старый колодец. Через двадцать лет старый Элби мирно скончался в своей постели от сердечного приступа, а его сына тоже ждет смерть, но об этом мы расскажем позже. Возможно, настанет день, когда какой-нибудь подросток наткнется на старый колодец в густых зарослях ежевики, оторвет прогнившие доски и увидит на дне ямы скрюченный скелет, на ребрах которого до сих пор висит подаренное туристом ожерелье, позеленевшее и липкое."
"Люди знают, что Хьюби Марстен убил свою жену, но не знают, что он заставил ее сделать сначала или как все было за несколько мгновений до того, как он снес ей выстрелом голову в залитой солнцем кухне, насыщенной удушающим ароматом жимолости, будто во вскрытом склепе. Они не знают, как она умоляла его об этом.