Автор
В Жребий Салема, как бы ни была она ужасна или незнакома, каждая страница открывает новое измерение страха и тайны. Вселенная этого романа переплетается с мистикой и призраками маленького городка на юге США, где даже ночи кажутся наполненными необъяснимыми событиями.
Он стал по одной поднимать их и читать вслух названия:
– «Дракула»… «Гость Дракулы»… «В поисках Дракулы»… «Золотая ветвь»… «Естественная история вампиров» – неужто и правда «естественная»? «Венгерские народные сказки»… «Чудовища мглы»… «Чудовища в реальной жизни»… «Дюссельдорфский монстр Питер Кюртен»[21]… И… – отец Каллахэн вытер толстый слой пыли с обложки последней книги, – «Варни-вампир, или Праздник крови». Господи, неужели этим чтением лечат сердечников?
Мэтт улыбнулся:
– Старина Варни! Я читал его давно – для студенческого доклада в университете по курсу романтизма в литературе. Профессор, чьи представления об этом жанре начинались с «Беовульфа» и заканчивались «Письмами Баламута»[22], был просто в шоке и поставил мне тройку с плюсом, настоятельно рекомендовав повысить свой культурный уровень.
– Между тем феномен Питера Кюртена довольно любопытен, – заметил Каллахэн, – хотя и вызывает отвращение.
– Вы в курсе его истории?
– В общих чертах. Меня интересовали подобные вещи во время учебы в семинарии. Своим скептически настроенным наставникам я объяснял, что хороший священник должен знать не только высоты, которых может достичь человеческая натура, но и возможные глубины ее падения. Чепуха, конечно! Мне просто нравилось испытывать трепет, как и многим другим. Если я правильно помню, Кюртен в детстве утопил двух приятелей-сверстников, столкнув их с плота посередине реки и не дав им взобраться обратно.
– Верно, – подтвердил Мэтт. – И подростком он дважды пытался убить родителей девушки, которая не хотела с ним гулять, а потом сжег их дом. Но в его жизни меня, э-э, интересует не совсем это.
– Я так и понял, судя по подборке книг.
Он взял с одеяла журнал, на обложке которого фигуристая молодая женщина в обтягивающей одежде сосала кровь у юноши. Его лицо выражало одновременно и неописуемый ужас, и непреодолимое вожделение. Журнал назывался – и, судя по всему, так же звали и женщину – «Вампирелла». Заинтригованный Каллахэн отложил его в сторону.
– Кюртен убил больше десятка женщин, – продолжил священник. – Орудовал чаще всего молотком, а если у них были месячные, то пил выделения.
Мэтт Берк снова согласно кивнул:
– Не так широко известен тот факт, что он убивал и животных. Во время очередного затмения он оторвал головы двум лебедям в центральном парке Дюссельдорфа и жадно глотал кровь, которая хлестала из шей.
– И это как-то связано с тем, почему вы хотели со мной встретиться? – поинтересовался Каллахэн.
