Автор
В Жребий Салема, как бы ни была она ужасна или незнакома, каждая страница открывает новое измерение страха и тайны. Вселенная этого романа переплетается с мистикой и призраками маленького городка на юге США, где даже ночи кажутся наполненными необъяснимыми событиями.
В вестибюле Бен посмотрел на Джимми и спросил:
– Он вам никого не напоминает?
– Да, – подтвердил Джимми. – Ван Хельсинга[25].
7В четверть одиннадцатого Ева Миллер спустилась в подвал взять пару банок из домашних заготовок для миссис Нортон, которая, по словам Мейбл Уэртс, занемогла и не вставала с постели. Почти весь сентябрь Ева провела на заполненной паром кухне, занимаясь столь любимым ею консервированием и запечатывая парафином банки с домашними заготовками. На стеллажах в идеально чистом подвале с земляным полом было аккуратно расставлено двести с лишним стеклянных банок.
Едва Ева открыла дверь в подвал, как в нос ударила вонь.
– Боже милостивый! – скривилась она и, зажав нос, с отвращением, будто шагая по нечистотам, начала спускаться.
Подвал самолично выкопал и обнес каменной кладкой для сохранения прохлады ныне покойный муж.
Спустившись вниз, Ева пошла вдоль стен, щурясь в тусклом свете двух слабых лампочек под потолком. Надо бы заменить их на лампы помощнее! Достав нужные банки с аккуратными этикетками, надписанными синими чернилами, она продолжила осмотр и даже заглянула за огромную старую печь, стоявшую почти вплотную к стене.
Сделав круг, Ева вернулась к ступенькам, ведущим на кухню, и озадаченно обвела подвал взглядом. Пару лет назад она через Ларри Крокетта наняла двух ребят построить позади дома сарай для инвентаря, и с тех пор в подвале царил идеальный порядок. Тут находилась печь, похожая на импрессионистскую скульптуру богини Кали[26] с расходящимися в разные стороны руками-трубами, лежали зимние рамы, которые скоро заменят обычные, ибо отопление стоило дорого, и стоял накрытый парусиной бильярдный стол, принадлежавший Ральфу.
