Автор
Тамара любила собирать семью для маленьких радостей: открытие молочного зуба Аньки до купания в бассейне вместе с внуком. Однажды она придумала семейный праздник под названием "Журавль в небе", и каждый раз это событие уносило их всех, словно крохотный журавлик, за невидимым занавесом радости и любви....
Тамара встала, потихоньку выползла на кухню, попила воды, закурила сигарету… Сердце постепенно приходило в норму, руки перестали дрожать, ночной кошмар уходил, оставлял только след тошнотворной слабости и безотчетной тревоги. Ничего, сейчас и это пройдет. Надо еще поспать немножко, рано еще, только пять минут шестого."
"Она опять легла, прислушалась к себе: нет, никакого страха… И спокойно уснула, и проспала почти до девяти, — а что, имеет право, воскресенье все-таки. И проснулась веселая и энергичная, готовая к трудовым подвигам, — воскресенье воскресеньем, а работы все равно прорва.
Он так и не позвонил. В двенадцатом часу позвонила Юлия Павловна из «Стройинвеста», Тамара забыла, кем она там работает.
— Тамара, вы только не волнуйтесь, — сказала Юлия Павловна с фальшивым спокойствием.
— Как это — погиб?! — не поверила Тамара. — С чего вы взяли? И кто такой Михаил Яковлевич?
— Он юрист Юрия Семеновича, он всеми делами его занимался. Михаилу Яковлевичу утром сообщили, он мне позвонил, а я — вам. Михаил Яковлевич считает, что вам необходимо сообщить…
— Как Юрий Семенович погиб? — тускло спросила Тамара. — Когда?
— Сегодня, под утро уже.
Не мучился, заторможенно думала Тамара, бесцельно слоняясь по квартире. Откуда вы знаете, что не мучился? Слепящий свет встречных огней, и удар, и ужас, и ожидание конца… Пусть даже на секунду, на долю секунды, но разве это можно назвать «не мучился»?
Юрия Семеновича хоронили во вторник. Погода была пакостная, самая пакостная из всех, какие только могут быть в декабре в средней полосе России.
