Сегодня был вечер четверга, и завтрашний день она мечтала провести с Киллианом, надеясь, что никто не захочет навестить одинокую вдову, пока она отдыхает. — Только… — Она лукаво посмотрела на подругу: — Ты ведь скажешь, что я слишком устала, чтобы принимать гостей?
— Думаю, как минимум один гость и так навестит тебя без приглашения, — тихо сказала Мередит, наклонившись к подруге. — Уверена, он сможет развеять твои скуку и усталость.
Алексис снова смутилась. Ей было совершенно неясно: догадалась ли Мередит об истинном характере их отношений, или просто сама Алексис строит предположения на пустом месте… В любом случае, думать об этом не хотелось. Она проводила взглядом отъезжающую повозку и вернулась в дом, чтобы распаковать, наконец, увесистую корзину, которую привезли Каннинги, беспокоясь, чтобы Алексис не умерла от голода в ближайшие пару дней. Хотя если судить по содержимому корзины, они точно надеялись, что учительница просидит дома ещё как минимум неделю! Копчёный окорок, три фунта картошки, фунт кофе, головка сахара и сыра, сегодняшний хлеб и несколько початков кукурузы… Алексис раскладывала всё это богатство на столе, не представляя, что с ним делать, смаргивая слёзы счастья от того, что у неё есть такие друзья.
Покинув Алексис, Киллиан первым делом отправился к кузнецу: на доме прохудился навес, и стоило починить его как можно скорее, чтобы быть спокойным за Алексис, оставляя её одну. После он заглянул на телеграф, посмотрел на табличку «Закрыто», узнал, что новый телеграфист прибудет с дилижансом не ранее следующей недели и решил заглянуть к цирюльнику.
— МакРайан! — Мэттсон если и удивился появлению Киллиана, то постарался вида не подавать. — Проходи! Побрить? Постричь?
— Всё сразу, — немного обречённо кивнул Киллиан, пытаясь вспомнить, когда в последний раз пользовался услугами цирюльника. Брился он обычно сам, раз в две недели, а вот со стрижкой дело обстояло хуже — тут приходилось просить девочек из салуна. Щелчки ножниц раздражали, особенно, когда они почти касались уха, но Киллиан терпел, и даже сам не мог понять — ради чего. Зато в зеркало спустя полчаса, на него посмотрел совершенно другой человек. Тот, которого младший МакРайан и сам уже забыл и был не совсем готов увидеть…
— МакРайан, ты, что ли? — Ленивая широкая улыбка осветила лицо Фрэнка. Не прекращая натирать очередной стакан до блеска, он не сводил взгляда от приближающейся фигуры, и, когда Киллиан умостился на одном из стульев, перед ним моментально возник чистый стакан, и хозяин заведения собственноручно наполнил его неплохим, судя по запаху, виски.
— За спасителя! — Фрэнк приподнял свой стакан, тряхнув русой гривой, падавшей на лицо.