И буквально утонуть в восхищённых взглядах, которые были непривычны ещё и тем, что их обладательницы ещё пару недель назад едва удостоили бы его кивком головы, встретив на улице. Теперь же он был их героем, в одиночку спасшим женщину, прыгнувшим за ней в горную реку и вернувшим её домой!
— Мистер МакРайан! — Один только звук этого голоса заставлял сердце биться быстрее и чаще. Киллиан извинился перед стоявшей перед ним дочкой кузнеца, и обернулся.
— Миссис Коули, — кивнул он. — Вы сегодня нарасхват.
— Как, впрочем, и вы, — заметила она немного нервно. Бровь Киллиана приподнялась, но тут же вернулась на место, а губы дрогнули в сдерживаемой улыбке.
— Я спас прекрасную даму, разве мне не положена награда?
— Вы не боитесь, что теперь все прекрасные дамы города захотят, чтобы вы их спасали?
— Не скажу, что это стало бы неприятной обязанностью. — Киллиан улыбнулся уже открыто, наслаждаясь гневом, мелькнувшим в зелёных глазах. Понимать, что она ревнует не меньше, чем он, было приятно.
— Миссис Коули уже поведала вам, что лошадь мы поедем отвозить вдвоём? — Колум подошёл и встал рядом, почти касаясь плечом плеча Алексис. Киллиан нахмурился:
— К индейцам? Вы уверены, что это необходимо?
— Надо же, Мередит сказала примерно то же самое! — воскликнула Алексис, обменявшись с Колумом весёлым взглядом.
— Не думаю, что это хорошая идея, — поджал губы Киллиан. Его красноречивый взгляд говорил вместо сотни аргументов, но Алексис лишь невинно пожала плечами и обезоруживающе улыбнулась.
— Я буду рядом, — напомнил Колум, у которого от этого безмолвного разговора снова тоскливо заныло сердце: она по-прежнему пристально смотрела на Киллиана, не обращая внимания ни на кого вокруг.
— Не сомневаюсь, — не сводя с неё глаз, ответил Киллиан и, коротко кивнув, развернулся на каблуках и скрылся в толпе.
— Так как, Алексис, вы всё ещё хотите что-то со мной обсудить? — попытался привлечь её внимание Колум, но Алексис лишь рассеяно мотнула головой, провожая Киллиана взглядом. Потом, опомнившись, улыбнулась:
— В другой раз, преподобный. Может, завтра после занятий? Вы не возражаете?
— Ничуть. — Он натянуто улыбнулся, но Алексис даже не заметила чужого огорчения. На её лице блуждала рассеянная улыбка, а глаза светились мягким теплом.
Он возвращался домой, продолжая раздумывать над истинным характером отношений брата и Алексис.