Сиэтл на пороге Новолуния: Бринна Галлахер подпрыгивает от радости, получив приз на конкурсе кондитеров. Внезапно звонок из ресторана сообщает ей о втором и третьем местах — и теперь ее жизнь становится еще более загадочной и опасной.
Стая молчала. Так что же теперь будет? Хвост Бри поник от неуверенности. Черт побери, она любила, чтобы все было последовательно.
Рутинно. Или, по крайней мере, знать, что было запланировано.
Альфа шагнул в центр круга и превратился в человека. Остальные волки последовали его примеру. Кроме Бри. Голая в толпе? Ни за что.
Подошел Герхард, крупный мужчина с темно-красным лицом и толстым животом.
— Оборачивайся. — Она почувствовала внутренний толчок, потребность повиноваться, напомнивший ей о том времени, когда ей было пять лет и приемный родитель отдал ей приказ.
Хотя она понимала, что может сопротивляться приказу Герхарда, все остальные были в человеческом обличье. Возможно, она была груба. С чувством обиды она прошептала что-то, обернулась и отступила за спину других женщин. Герхард не был таким пугающим, как Шей и Зеб, но все же он был крупным мужчиной. И ещё, он был голым.
Он вернулся на середину поляны.
— Волки, — сказал он, и его грубый голос нарушил красоту ночи. — У нас появилась новая женщина — незамужняя.
Мечтай дальше, приятель. Бри подняла руку.
— Всем привет.
Брови Герхарда сошлись на переносице.
— Двигайся. — Какая-то крупная женщина толкнула ее, и Бри пошатнулась, пытаясь найти опору. Чёрт побери. Пройдя несколько футов в центр поляны, она пришла в себя и сцепила руки перед собой. Чувство принадлежности исчезло, оставив ее опустошенной.
Альфа взглянул на нее, но не как на женщину, а как на долг.
— Сегодня ты останешься одна в хижине в сторожке. Завтра ты переедешь в дом стаи, пока не найдешь себе пару.
Она уставилась на него. Она слышала, что он и два его брата жили в доме стаи с различными популяциями других волков. Вежливой. Будь вежливой, Бри. — Спасибо за предложение, но я совершенно счастлива там, где нахожусь.
— Волки не живут одни, особенно самки. — Его лицо стало темно-пунцовым, и он скрестил руки на своей выпуклой груди. — Это не вопрос выбора.
Она чувствовала, как в ней поднимается раздражение, и понимала, что не в силах его сдержать. Она ни за что не сможет жить с кучей незнакомых мужчин, особенно таких больших, как он и его братья.
— Я со…
И снова она почувствовала непреодолимое желание подчиниться — альфа творил какие-то странные ментальные вещи. Ее желание быть вежливой исчезло. Она сердито посмотрела на него.
— Нет."
"В ее ресторане шеф-повар всегда уходил от спора. Теперь она поняла почему.
